«И при этом беспричинно наложил на вас Обливиэйт, который всегда несет в себе подобный риск?».
— Люди чего только не делают по, казалось бы, совершенно недостаточным поводам. Просто идут на поводу у эмоций, — она развела руками. — Может вам было неприятно мое внимание, унижала забота, бесил мой комплекс спасателя всего и вся, будто вы домовик, которого я хочу вывести из рабства. Профессор, когда вы в последний раз кому-то доверяли?
Она даже подалась вперед, разглядывая его лицо и ожидая какой-то реакции, хотя и сама не знала какой. Но он стоял прямо и все ещё держал руки на груди, закрываясь ими, словно щитом.
«Очень давно».
До Гермионы вдруг дошло, что Снейп не проявляет никаких признаков влечения к ней, не смотрит так, как смотрел во снах. То есть он и раньше ничего подобного не делал, но она была слишком увлечена своими чувствами, чтобы увидеть дальше своего эгоизма. А ведь так легко рассуждала о том, что может быть ему не интересна, соглашалась с Джинни, но лишь на словах, не внутренне.
«Но, если мне сложно доверять людям, это не означает, что я не умею ценить чужое участие».
— Так что тогда произошло?
«Вы согласились забыть один конкретный разговор и некоторые его обстоятельства. Однако, полагаю, ваша память перестроилась несколько эффективнее, превратив в фантазии все связанные с этим события».
Она отшатнулась и поникла, увидев новую рабочую теорию. Обвинять Снейпа было просто и понятно, он и так был со всех сторон негодяем. Видеть то, что хочешь видеть, тоже, бесспорно, очень удобно.
«Я не имею власти, чтобы расторгнуть тот договор, и не рискну снимать ваш Обливиэйт в обход наложившего. Но постараюсь помочь вам, раз уж сам в этом замешан». Её мучили сомнения, она подняла на него тяжелый взгляд.
— Почему бы тогда просто не сказать мне имя?
«Чтобы помучить вас, конечно же». Он скривился, как будто она ляпнула несусветную глупость на экзамене по зельеварению. «Имейте терпение, для меня это тоже связано с определенными трудностями».
— Действительно. Семь лет как-то жила и ещё подожду, — голосу не хватало выражения. — Что у меня, помимо этого, других проблем нет.
«И вы можете остаться здесь, если вам некуда пойти. На недостаток защиты я не жалуюсь». Может на самом деле она оракул? Кажется, её сны обладают предсказательной силой.
— Вы подслушивали, — факт.
«Это мой дом. Если вы с мистером Поттером не хотели, чтобы я что-то знал, то позаботились бы о приватности».
— Хотите сказать, что у вас нет контрзаклятья к Муффлиато?
Он ухмыльнулся и, наконец, отмер, направившись к плите. Видимо, тоже решил позавтракать.
— Помнится, вас несколько возмутило мое потребительское отношение к вашим креслам, а сейчас вы сами приглашаете меня к себе.
«Я уже пояснил свою позицию. Если она не кажется вам достаточно аргументированной, то это ваши проблемы».
— Значит, все-таки богадельня.
*
Гарри вернулся, буквально, через полчаса, так что с недоверием смотреть на Снейпа в напряженной тишине ей не пришлось слишком долго. А дальнейшее обсуждение как-то не задалось, когда она поняла, что, возможно, он не врет. И, возможно, ей стоит немного изменить свои шаблоны. Или порвать их к чертовой бабушке!
Мантия и ботинки нашлись во все той же спальне, где она валялась в отключке. Когда они с Поттером вышли за пределы безопасных барьеров, он похлопал по карманам и передал ей палочку, её запасную, что лежала в сумке.
— Все, что смог отвоевать.
— Уже неплохо. С неё уже сняли данные?
— Первым делом. Ничего, конечно, не нашли.
— Естественно. Не помню уже, когда активно пользовалась ею в последний раз, — теперь упоминание любой, даже вполне нормальной, забывчивости отмечалось подсознанием как что-то странное и тревожное. — А с основной что?
— Сломана.
— Приемлемая потеря, учитывая обстоятельства. Хотя доказывай теперь, что я только Протего и успела выставить.
Гарри не стал развивать тему. Она привычно спрятала древко в рукав, но не почувствовала обычного уверенного спокойствия. Да и ощущала ли она его вообще в последнее время?
Никаких сложностей с визитом в квартиру не возникло, хотя Гарри и настоял на проверке на безопасность всего и вся, так что провозились они немало времени. Она откопала в шкафу старый рюкзак со все ещё стабильными чарами незримого расширения и покидала туда все, что попало под руку, благо, вещей у неё действительно было немного. Поттер помог собрать бумаги на столе, и она сразу отдала ему часть того, что стоило передать Бриджерсу. Новостей оказалось совсем немного, или он не хотел разжигать в ней интерес (хотя это работало ровно наоборот, уж ему ли не знать). Так что они гораздо больше просто болтали о ерунде, чем обсуждали покушение. О гибели Моргана упомянули лишь вскользь — смерть, тем более смерть магглов, была неотъемлемой частью их работы, как Марк и говорил, так о чем тут рассусоливать? Да и обсуждать подробности, по-хорошему, Гермионе нужно было с опять-таки Бриджерсом, раз уж это теперь его дело.
Договор с профессором оказался аннулирован в автоматическом режиме, как и ожидалось. Гермиона проверила его и сунула обратно в стол. А больше ничего интересного, кажется, она тут и не хранила. Оставалось только окинуть взглядом свое воронье гнездышко, теперь разворошенное, как после хорошего обыска, и отправиться восвояси. К Снейпу, как ни удивительно. Она, вроде, даже не решала это осознанно, просто подумала «да» и все на этом. Словно пары его расплывчатых по смыслу записок было ей достаточно, чтобы довериться. Или он уже залез в её мозги. Это какой же стресс общаться с легилиментом!
— Останешься тут?
Гарри, казалось, тоже нисколько не удивился, когда они трансгрессировали обратно.
— Почему бы и нет, здесь относительно безопасно.
— И за жизнь Снейпа ты не так сильно переживаешь? — он ухмыльнулся, явно просто подшучивая.
— Я за всех переживаю. Как будто ребята на работе или ты, в частности, не под ударом, но в отличие от случайных соседей в «Дырявом котле», профессор, по крайней мере, может за себя постоять и будет готов, если что.
— Ну вот видишь, значит все же не зря я тогда заставил тебя навязать ему контракт. Как удачно все сложилось.
— И правда. Это же настоящее достижение! — она толкнула его в плечо. Гарри и не подозревал, как все плотно завязано на самом деле — откровенничать с ним и даже с Джинни у неё желания так и не появилось. По крайней мере, до тех пор, пока не удастся вернуть себе память во всех подробностях. — Орден Мерлина первой степени этому герою.
— Спасибо! Положу на полочку к остальным наградам и буду глядеть на них с плохо скрываемым удовольствием.
— Аккуратнее, чувство собственного величия до мозолей не натри — опухнет.
Конечно, именно на этом моменте они встретились с хозяином дома. Гермиона прыснула, как стыдливая школьница, смоловшая глупость и пытающаяся скрыть смущение за смехом. Впрочем, в присутствии профессора такая реакция была почти закономерной (не считая того, что в школе при нем так никто никогда не делал), хотя он давно не был ни профессором вообще, ни её учителем в частности.
Гарри, наоборот, сразу стал строже, будто все ещё хотел что-то ему доказать, и начал с деловитым видом копаться в своем портфеле. На журнальный столик приземлился сверток с аккуратно упакованным обедом.
— Джинни передала. Совсем забыл.
К нему присоединился новенький жетон. Гермиона посмотрела на друга вопросительно. Поттер развел руками.
— Просто пропуск на всякий случай, система ещё не скоро начнет функционировать.
— Серьезно?
— В Бюро исследований хоть и волшебники, но… не волшебники, ты меня поняла. Справедливости ради, там инициировали целый рабочий проект по этому поводу, разбирают на составляющие протеевы чары и тому подобное.
— А как держать связь? — она повертела в руках практически бесполезный теперь значок аврората и все же сунула его в карман.