Когда она пришла, Снейп сидел на кровати — сам и без поддержки — и уже гораздо увереннее держал карандаш, тренируя письмо. Но сейчас прекратил мучить бумагу и лишь хмурился.
— Вам больно?
Гермиона внаглую пересела на постель, практически касаясь коленкой его бедра, и протянула ладонь, прося у него руку и, нет, не сердце, а немного доверия.
— Вы очень спешите. Мышцы ещё не адаптировались к нагрузкам, поэтому возникают спазмы.
Она взяла его кисть и начала уверенно разминать, как будто делала это уже сто раз. И совсем не смущается. Вообще ни разу. Снейп не сопротивлялся, но напрягся так, что, казалось, даже воздух вокруг них застыл. Гермиона проигнорировала это, как и его взгляд, и выражение лица.
— Либо притормозите, либо не мешайте мне помогать вам.
Фраза повисла в воздухе, пока Гермиона пыталась проморгаться и прийти в себя. Судя по всему, она произнесла это вслух, находясь на границе сна и бодрствования. Вероятно, Снейп вырубил её или вогнал в какой-то транс, чтобы облегчить состояние, но совсем ненадолго. Они все ещё были на кухне, и он поддерживал её в сидячем положении заклинанием. Гермиона пошевелилась, тяжело опираясь на стол, и чары спали.
— Что бы вы там не делали, чтобы добиться разблокировки моей памяти, делайте это побыстрее, — она опустила гудящую голову на руки. — Вспоминать наяву мне не понравилось.
Снейп не ответил и коротко взмахнул палочкой.
— Ещё какие-нибудь вопросы? — максимально ядовито продолжила она.
«Нет. Я уже в достаточной степени изучил механизмы, влияющие на вашу память». Откуда-то снаружи прилетел пузырек с зельем, и профессор спокойно протянул его ей.
— Вы… спровоцировали это? — из-за возмущения даже боль немного притупилась.
«Это громко сказано, я всего лишь вытащил наружу то, что плавало на поверхности».
— Всего лишь? Вы мне чуть мозги не спекли!
«Не драматизируйте».
— Ах, я ещё и плохо реагирую на то, что вы лезете ко мне в голову? Вам что, не хватило моих объяснений и захотелось увидеть все собственными глазами?
«Вы сами согласились стать подопытной мышью».
— Но не в прямом же смысле! — встать удалось быстро, но пошатываясь. — Что вам мешало сначала спросить разрешения?
«Чистота эксперимента». Гермиона похватала со стола свои вещи и вырвала из его руки склянку, уходя в свою комнату, как обиженный подросток. На что она вообще надеялась, оставаясь тут? Сразу же предполагала такое развитие ситуации, но все равно пошла на поводу. Не понятно, правда, у профессора или у собственного подсознания.
Сложно было разглядеть в его интересе какую-то заботу и участие, но, по крайней мере, не было похоже, что Снейпу все равно. И, с большой натяжкой, это его поведение можно даже зачесть как аргумент в пользу того, что он действительно непричастен к её Обливиэйту. Иначе отношение к ситуации у него уж какое-то слишком спокойное и методичное, не очень похоже на человека, чей обман раскрыли. И правда, как исследователь в лаборатории.
Кстати, кое-что полезное из разговора с ним Гермионе все же удалось выцепить. Она отправила Роджерсу патронуса с просьбой проверить того самого мертвого консьержа. Если это был изначально человек, приглядывающий за аукционом с магической стороны, то неудивительно, что он так задергался при интересе к нему. Может даже узнал её. Но мага бы вычислили на раз-два, как только установили личность, а вот если он был сквибом… Официальная информация по ним до сих пор на полноту не претендовала, но, возможно, где-то что-то всплывет — счет в Гринготтсе, к примеру.
Гермиона поразмыслила с минуту и, скрепя сердце, сообщила о своем интересе ещё и Бриджерсу. Раз уж они, вроде как, поддерживают контакт и проявляют взаимное уважение, то разнюхивать что-то за его спиной с её стороны будет некрасиво. Правда, это ещё и повышало вероятность того, что информация дойдет до злоумышленника и спровоцирует его на ответные действия. Но что им теперь делать, скрывать все друг от друга? Напрягать внутренние службы всякими тайными расследованиями ей тоже ни с руки. Да и лезть никуда в одиночку она точно не будет — не совсем сумасшедшая, со второго раза дошло.
В ожидании ответов, Гермиона привела себя в порядок. Странно, что профессор никак не проехался по её ненадлежащему внешнему виду, он то, похоже, даже спал в своем полном облачении католического священника. Но, видимо, был сейчас слишком занят копанием в чужих мозгах, чтобы обращать внимание на что-то другое. Ей же не приходило в голову ничего крамольного за это утро? Стыд залил краской лицо. Хотя почему она вообще должна переживать из-за своих внутренних, неозвученных и никому не навязанных желаний? Это Снейпу надо лучше за собой следить и не лезть, куда не просят. И вообще радоваться, что кто-то обращает на него внимание. Наверное. Ей стоит хорошенько поработать над своим окклюменционным барьером и научиться поддерживать его на более высоком уровне, вне зависимости от обстановки и темы разговора. Даже если вдруг её подсознание самоуправно решает, что вот тут она в безопасности.
Спускаться вниз так быстро не хотелось из-за обиды (может и глупой, но вполне справедливой), однако, и торчать в комнате без дела и в одиночестве тоже не улыбалось. Жаль, интернет специально для неё профессор провести не догадался. Она бы могла сейчас залезть в полицейские базы с ноутбука (с установленными ключами доступа) и разузнать, как магглы ведут расследование смерти Моргана. С телефона можно было почитать только публичные новости, не особенно полезные по понятным причинам.
Зелье, как назло, прекрасно помогло от головной боли, и сердиться стало чуть сложнее. Первым ответил Роджерс, коротко и по делу: «Есть, мэм!» А вот патронус Бриджерса застал её уже мрачно лежащей поперек узкой кровати и размышляющей о том, что даже воспоминание о таком ерундовом физическом контакте между ней и Снейпом умудрилось взволновать кровь, как будто ей лет четырнадцать, не больше. Регрессирует на глазах! Если ещё учесть, что буквально позавчера он тоже держал её за руки (и в принципе рыцарствовал по полной), эффект суммировался, и вообще становилось не смешно. Но никаких способов отрезвить себя Гермиона так и не видела. Даже отчетливая холодность самого Снейпа не способствовала здравомыслию в её нелегкой борьбе с чувствами.
Юркий горностай выскочил прямо перед её лицом и заскользил по воздуху, кувыркаясь и извиваясь, совершенно не сочетаясь со скупым тоном старшего аврора:
— Благодарю за информацию. У меня тоже есть новости: на окраине Манчестера найден брошенный автомобиль. Судя по всему, он принадлежал инспектору Моргану. Мои люди уже осмотрели его на предмет чар. Полиция — в процессе. Следов взлома или борьбы нет. На этом пока все.
Ого! Услуга на услугу, сведения на сведения. Почему у неё со всеми мужчинами вокруг складываются какие-то странные товарно-денежные, точнее информационно-обменные отношения? Гермиона начала создавать заклинание, не успев дослушать послание:
— Могу я ознакомиться с материалами?
— В этом нет необходимости, — отрезал зверек, немного напоминающий её собственную выдру, тоже буквально через полминуты.
— Я видела эту машину и ездила на ней, вы же можете судить только по номерам и описанию в базе. Есть шанс, что я что-то замечу.
Бриджерс замолчал. Гермиона встала, размялась (надо бы опять начать ходить на тренировки) и решила, что перерыв на кофе — отличная идея. Несколько патронусов подряд не то чтобы тяжело ей давались, но и не проходили бесследно. Это все же не смс написать, несмотря на то что мысленный счастливый образ был у неё выработан и хорошо зафиксирован.