Они переглядываются и шушукаются между собой. Многие из них уже собрались в маленькие группки. Я ловлю на себе много завистливых и ревнивых женских взглядов, они словно питаются испепелить меня. Конечно, я же отхватила самого завидного холостяка. Богат, молод, сексуален, умен, силен, я бы даже сказала властный, этот список можно продолжать до нескончаемости.
К Ивану подходят несколько его знакомых. Как он потом мне объяснил работники его компании. Вижу, что многие хотят к нам подойти, но не решаются. Трусы. К нам подходит София, и передает нам бокалы с шампанским. Которое, я не пью, боюсь, станет поперек горла. Отец стоит в стороне и наблюдает, он несколько раз порывался подойти к нам, но его все время кто-то задерживал. Владик, братик мой горячо любимый, стоит белее мела, наверное пытается переварить известия о том что он проеб... Пардон, проиграл в покер свои акции.
-Внимание, - Пьер опять поднимается на сцену и привлекает к себе всеобщее внимание. - У вас есть последний шанс, урвать себе кусочек «вселенной», а точнее её «слезы». Мы начинаем, - Лютер подходит к импровизированной трибуне, и берет оттуда маленький молоточек, такие еще в судей бывают. - Десять миллионов раз, десять миллионов два, - рука ювелира взлетает ввысь, с намерением опустить молоток и огласить всем решение, - десять миллионов ...
- Двенадцать миллионов, - раздается за нами мелодичный мужской голос с американским акцентом. Мое сердце сбивается с ритма. Как же давно я не слышала этот голос, слегка хриплый и такой дерзкий. Я стремительно разворачиваюсь и замираю на месте. Это не сон, это реальность. Всего в нескольких шагах от меня стоит друг моего детства, он держит на руках годовалого мальчишку, из-за его ноги несмело выглядывает девочка лет восьми, та самая Энни, она очень похожа на свою маму, которая, кстати, также здесь, стоит рядом с мужем и сжимает его локоть. Они изменились, повзрослели, их озорной дух затаился где-то в глубинах души, выпуская вместо себя серьезность и сдержанность.
Вот теперь на моих губах сияла самая искренняя улыбка на которую я была способна.
-Пятнадцать миллионов и на этом точка, - Иван смотрит своим пронзительным взглядом, когда у него такой взгляд с ним лучше не спорить, по себе знаю.
-Окей, по взгляду вижу, что ты у нас серьезный парень. Считай проверку прошел, - это шутка. Вот только Дени говорит это с таким серьезным лицом, что впору поверить, что он сейчас благословил меня, с опозданием конечно.
-Мужчины, - выдает Варвара, и укоризненно смотрит на мужа, - только дай померится в кого достоинство больше, ой извиняюсь капитал.
Я не выдерживаю и начинаю хохотать. В этом вся Варя, она как маленький персональный ураган. Они с Дени, отлично дополняют друг друга. Стук молотка об твердую поверхность, заставляет нас опять обратить внимание на довольного Лютера. А то, пятьнадцать миллионов, щедрость Ивана Молотова не знает границ.
-Лот продано за пятнадцать миллионов счастливому мужу и, несомненно, богатому человеку Ивану Молотову, - теперь вместо молоточка, Пьер поднимает бокал с шампанским, предлагая обмыть удачное завершение аукциона. - За новую эпоху.
-За «Green Diamond Empire», - рука дяди, сжимающая бокал с игристым напитком, повторят жест ювелира.
-За счастливые семьи, - Дени берет бокал с подноса и также толкает тост.
-За свет, после тьмы, - вносит свою лепту Люциус.
-За врагов, - взлетает бокал Радомира.
-За наших детей, - Димка и Саша, сегодня ведут себя словно одно целое, и ходят по пятам за Шведовой, словно сиамские близнецы. Сочувствую подруга, против этих двоих, нельзя устоять.
-За любовь, - говорит, мой любимый муж, крепче обнимая меня за талию и отнимая у меня сына. Который, сегодня ведет себя подозрительно тихо. Царевич смотрит, на нас с такой нежностью, что мое сердце кажется, защемило. Он касается лба Марата, губами, после чего повторяет тот же жест, уже со мной.
-За верных друзей, - поднимаю я свой бокал, и одариваю присутствующих своим счастливым взглядом. Я счастлива, сейчас, в эту минуту. Никодим, уходит на второй план. Нужно сначала решить более существенные проблемы.
Мы выпиваем шампанское до дна. После чего к каждому из нас подходит Люциус и забирает бокалы, ставя их на поднос дном к низу. Чтобы в бокалах не осталось, ни капли напитка. Я смотрю на него с недоумением, и не я одна.
- Разобью, - коротко отвечает, на мой вопрос Люц, - на счастья. Новая владелица - новые традиции. - Этот день не мог стать еще абсурднее, мы опять срываемся на хохот. А Люциус и вправду забирает фужеры у всех наших, и уходит с ними на улицу. Ведь и, на самом деле, разобьет. На счастья.