Вознесенский, уже приготовившись выдать очередную тираду, потрясённо замер.
– Что… Что ты сейчас сказала?! – неверящим тоном повторил он.
Алёна тихо охнула, не переставая плакать. Карие глаза Димы, расширенные от внезапного удивления, снова смотрели прямо на неё – без злобы, без горечи. Только с бесконечной виной и вниманием. Сейчас он действительно ничего не понимал.
И девушка решила, что терять ей всё равно больше нечего.
– Ты мне нравишься, идиот, – густо краснея, пробурчала она. – Наверное, мне не стоило этого говорить.
Алёна резко развернулась на каблуках и стремительно направилась к выходу из квартиры, не оглядываясь назад.
Дима всё ещё стоял в дурацкой позе с широко распахнутыми глазами, до сих пор прокручивая в голове только что услышанные слова. А когда прокрутил, понял: он не хочет, чтобы девушка уходила.
Дима тут же сорвался в места и вылетел в открытую дверь.
Алёну он нагнал только на лестничной площадке третьего этажа. Та всё ещё плакала и бежала, вытирая кулаками слёзы. Заметив парня, Панкратова ускорила шаг, но ей это не помогло – тот поймал её за руку и резко дёрнул на себя. Алёна вскрикнула и попыталась вырваться, но не успела она опомниться, как оказалась в знакомых крепких объятиях.
Дима, не обращая внимания на её сопротивление, только сильнее сцеплял руки и покачивался на месте, силясь успокоить подругу и успокоиться сам. Он не знал, что будет сейчас делать, как сможет вымолить её прощение. Было ли оно вообще возможно после того, что он ей наговорил?
– Отпусти меня, ненормальный! – воскликнула Алёна.
Она с трудом отодрала голову от его плеча и пристально взглянула в глаза.
– Не уходи, – тихо попросил Дима. Он видел, что её слёзы высохли, вытесненные удивлением и яростью. – Пожалуйста. Я знаю, что повёл себя как дурак…
Воспользовавшись его слабостью, Алёна ловко вывернулась из объятий.
– Забудь всё, что я тебе сказала, – буркнула она и хотела уже продолжить спуск по лестнице.
– Не волнуйся, – Дима через силу улыбнулся и развёл руками. – Ты мне тоже очень нравишься. Кажется, я даже тебя люблю…
И как только он произнёс эти слова вслух, то в полной мере осознал, что это правда, что так оно и есть.
Алёна резко развернулась на полпути, остановилась, в точности повторяя нелепую позу Димы тогда, на кухне. Сказать, что она была поражена словами парня – значит не сказать ничего. Панкратова не знала, как ей теперь на это реагировать и покроет ли неожиданное признание все обидные слова, сказанные им ранее. Она два года мечтала об этом моменте, но когда он наконец случился, девушка оказалась совершенно к нему не готова.
За мучительными размышлениями Алёна совершенно упустила те секунды, в течение которых Дима сбежал вниз по лестнице, оказавшись рядом.
– Прости меня, – зашептал он, закрывая глаза. – Прости, прости, прости…
Повинуясь сама не зная, какому инстинкту, девушка поднялась на ступеньку выше – так, чтобы их лица были на одном уровне – глубоко вздохнула и поцеловала его.
От неожиданности у Димы вздрогнули ресницы, но глаз открывать он не стал, словно боялся усомниться, что это всё по-настоящему, увериться, что девушка уже давно убежала и всё остальное ему просто мерещится. На его губах отпечатался вкус гари, щёки всё ещё были измазаны сажей, да и моральное состояние явно оставляло желать лучшего, но Алёне было всё равно – ведь ему сейчас это было нужно.
Им обоим это было нужно.
Спустя несколько секунд девушка осторожно отступила ещё на ступеньку вверх, и Дима медленно открыл глаза.
Он как-то по-новому осмотрелся вокруг и неожиданно рассмеялся.
– Наша обшарпанная лестница – явно не слишком удачный антураж для первого поцелуя… – заметил парень.
Алёна тоже засмеялась, прежде чем снова спуститься на нижнюю ступеньку и крепко обнять его.
– Что это было? – тихо спросила она.
Дима мигом понял, о чём она говорит.
– Прости за все те слова, – снова повторил он. – Я просто… не хотел, чтобы ты снова шла со мной на это задание.
– Но почему?
Конечно, девушка и сама прекрасно всё понимала. Но было важно услышать это от него.
– По моей вине ты могла пострадать, – голос парня снова стал грустным. – Я больше не хочу подвергать тебя опасности.
Алёне ужасно хотелось сказать ему, что он не должен постоянно её опекать, что она и сама способна о себе позаботиться, хотя бы ради него, но она чувствовала – сейчас не время и не место для этого разговора. Поэтому она просто потянулась вперёд и снова поцеловала Диму.