– Да, я, – спокойно ответила Саша, кинув ещё один довольный взгляд на пылающее здание. – Я сделала за тебя твою работу.
– Ведь ты знала, что я не стану выполнять такое поручение! Знала, сколько это значит для Алёны… И для меня!
– Именно поэтому я и ушла из твоей квартиры, – резко бросила девушка и отвернулась. – Не думай, что я не заметила, в каком ты был состоянии тем утром, после моего спасения. Только не понимала, почему… А потом узнала. Мне не померещилось. Ты всё-таки ходил той ночью к Весте!
Дима покачнулся и медленно отступил назад, впервые увидев в Саше не свою старую подругу, а какого-то далёкого, чужого, непонятного ему человека.
– Так ты тоже ходила туда…
Диме не нужно было даже произносить имя Весты – оба и так понимали, о ком разговор.
– Да, – безжизненным тоном подтвердила Саша. – Я была там, потому что нуждалась в помощи.
– Ты могла просто поговорить с нами!
– Да что бы вы сделали?! – в отчаянии воскликнула девушка, и впервые на её механическом лице проснулись какие-то чувства. – Ты никогда не знал той жизни, которой живу я, Дима, и надеюсь, что не узнаешь её. Ты не понимаешь, каково это – быть униженной и презираемой собственным отцом! – на глаза Саши навернулись слёзы. – Я долго терпела… но больше этого делать не собираюсь. Я хочу наконец сама решить, что мне делать, не считаясь ни с кем! Ни с Алёной, ни тем более с тобой!
Девушка рвано выдохнула, сдерживая подступающие всхлипы, и отвернулась к огню.
– Мне и правда жаль, что так получилось, – холодно произнесла она, заглушив плач. – Но в данной ситуации у меня не было выбора.
– Не говори этого, – грубо оборвал её Дима. – У тебя он был.
– Тебе-то откуда об этом знать? – скривилась Саша. – Тебе, у которого даже не хватило мужества закончить начатое дело и спасти умирающую мать!
Дима отшатнулся, как от удара.
– Ты ведь знаешь, ради чего я это сделал, – одними губами прошептал он.
– Ради кого, – поправила его Саша, язвительно улыбаясь сквозь слёзы. – Ради девчонки, которая тебе никто!
– Не говори слов, о которых потом пожалеешь, – глухо отозвался Вознесенский. – Ты знаешь, что это не так.
Девушка промолчала.
– Знаешь… А ведь мы с тобой будто поменялись местами, – невесело усмехнулся Дима. – Вспомни, как вообще началась вся эта история. Тогда я дал согласие на сделку за всех нас, и ты упрекала меня в том, что я сделал неверный выбор. И в конце концов я понял, что ты была права… А сейчас наоборот, – он помолчал, прежде чем закончить фразу. – Сейчас ты прислушайся к моим словам. Ведь ещё не поздно остановить это разрушение… Вернуть…
– Вернуть что?! – не дала ему договорить Саша. – Ты хотел сказать, прошлое?! Да ты должен быть мне благодарен! – она истерично всхлипнула. – С той самой последней СМС-ки… Даже ещё раньше я знала, что ты сдашься, не выдержишь этого испытания. Вот и решила закончить работёнку. За нас обоих!
– Ты вообще понимаешь, что ты наделала?! – Дима схватил её за плечи и сильно встряхнул, пытаясь привести в чувство. – Ты знаешь, что могут погибнуть люди?! Возможно, уже кто-то погиб, чёрт возьми! Ты слышала крики!
– Знаю. Всё знаю, – Саша не сопротивлялась. Но моя цель оправдывает средства. Уж ты, как никто другой, должен это понимать!
– Хорошо. И чего тебе наобещала эта старуха? – взорвался парень. – Чем она может тебе помочь?
Саша больше не стала сдерживать рвущиеся наружу слёзы.
– Я не знаю, – призналась она. – Но верю, что сделала всё правильно… Она сказала, что если я устрою этот пожар, то отец меня больше не достанет… Нигде и никогда.
Дима заглянул в её распахнутые сумасшедшие глаза и понял: говорить ей что-либо уже бесполезно.
– Да делай ты что хочешь, – процедил Вознесенский и развернулся, чтобы уйти.
– Дима! – Саша окликнула его срывающимся голосом.
Парень развернулся на расстоянии трёх шагов и выжидательно на неё уставился.
– Твоя мама будет жить, – шёпотом пообещала Саша, всхлипывая. – И ты будешь…
На какой-то момент время и пространство исчезли, унося с собой все ссоры и изменения – осталась только та прежняя, настоящая Саша, виновато улыбающаяся сквозь слёзы. И Дима понял – в душе она и сама себя презирала за то, что натворила, и почти был готов простить её за это.
Словно в тумане, до него донёсся ужасающий треск, Вознесенский на автомате отскочил назад.
А потом до него дошло, что случилось.
– САША! – воскликнул Дима не своим голосом.
Он рванулся вперёд, но было уже поздно. Огромная горящая балка, упавшая с крыши, пригвоздила девушку к земле, не давая возможности выбраться.