— А как выбралась-то? — Нежданка спросила, затаив дыхание.
В ответ водяница засмеялась переливчато да жутко — люди такие ноты высокие не умеют брать, да и птицы так не кричат.
— Сама ж ты лед палкой продавила, — напомнила Тайна. — Вынырнула я в первой самой полынье, вздохнула полной грудью.
Да, уж жаба цыцки водянихе дала что надо — не поскупилась.
Нежданка смутилась от своего вопроса глупого, да дальше снова ничего не понимала.
— Как помочь-то тебе? — спросила, наконец, догадалась.
— Продави еще лед, чтоб смогла я на мельницу вернуться, — попросила Тайна. — Не доползти мне поверху самой — примерзаю, да и сил совсем не осталося…
— Так то же далеко… — вспомнила Нежданка.
Заброшенная мельница Жериха на отшибе в лесу стояла, этакий крюк сделать придется, чтобы туда добраться с полуживой водяницей, — стемнеет уж совсем тогда.
— Тороплюсь я, погоню за мной снарядили — загубят, коли не успею лес перейти да схорониться, — мрачно призналась Нежданка. — Обе тогда пропадем.
Водяница задумалась, губу морозную закусила.
— Давай, ты мне поможешь, а мы с Жерехом погоню твою остановим? — предложила Тайна.
— Там конные княжьи люди, — честно призналась девчонка. — Много их… С факелами… Не остановишь их, поди…
— Коли поможешь воротиться — остановим, — заверила Нежданку водяницу. — Уж мы с Жерихом от радости, что свиделись, так колесо мельничное раскрутим, так горячо любить друг друга будем — в раз лед на ручье тот жар растопит, как в конце весны. Ежели разольется ручей в три раза шире, чем обычно, тут уж никакие кони не пройдут-не проедут.
Нежданка даже помыслить о таком не могла.
— Ты же знаешь, что ручей через весь лес течет, не обойти его, да моста нет нигде, — водяница все свое гнула. — Начнут деревья рубить, чтоб на тот берег перекинуть, так все одно ничего не получится. Шире ручей разольется, кипятком клокотать станет.
— Откуда ж у меня столько сил, чтоб лед до самой мельницы по всему ручью сломать? — начала уже задумываться Нежданка, как все исполнить.
— Не надо весь, — улыбнулась Тайна. — я и подо льдом могу плыть долго. Мне бы хоть раз через пятьдесят шагов лунки делай, чтоб смогла подниматься воздуха глотнуть.
— Ладно, — нехотя согласилась Нежданка. — Пойдем… Только боюся я тебя, близко не подплывай.
Так они и двинулись вдоль ручья в сторону мельницы. Нежданка по берегу с тяжелой палкой идет, Тайна на пятьдесят шагов подальше, высунет из-под воды голову свою морозную да ждет, пока девчонка в другом месте лед сломает.
Полдороги прошли прежде, чем Нежданка спросить решилась:
— Тайна, скажи, а я тоже ведьмино отродье, коли тебя вижу?
Снова засмеялась водяница:
— Чтоб с нами встретиться не надо силой колдовской обладать. Разве не слыхала ты, как люд простой с водяницами да лешими видится, чертей в избе считает?
— Слыхала, — нехотя согласилась Нежданка.
Продвигались в сторону мельницы они довольно быстро, просто на удивление.
— А кто ж я тогда? — уж в самом конце пути снова спросила Нежданка.
— Так то у себя вопрошать надобно. — улыбнулась Тайна. — Кто ж, окромя самого человека, на то ответить сможет?
Повесила нос Нежданка, где ж их взять, те ответы? Чай, не рябинки на дереве — так просто не соберешь.
«Поди неспроста девка решила лед продавить в том самом месте, где я умирала медленно, — подумала Тайна. — Почуяла что, не иначе». Да, вслух ничего говорить не стала — пусть сама уж с собой разбирается.
Как к мельнице подошли, Жерих уж углядел любушку свою, выбежал на мороз, подхватил зазнобу на руки, да в тепло понес. Обняла водяница любимого-ненаглядного, поцеловала жарко — сосульки в волосьях у нее враз растаяли, водопадом на снег хлынули.
— Бегом от ручья торопись, — прокричала девчонке в след водяница. — Очень жарко сейчас будет…
Потопала Неждана дальше в сторону «Хохотушки», сил уж почти не осталось. Да, как обернулась через десять шагов, — увидала, что на ручье изнутри лед ломает, колесо мельничное обороты уж набрало, так и побежала со всех ног.
Хотела бы она таку любовь горячую, чтобы лед вскипал…
Так, за мыслями своими и перешла Нежданка безмолвный лес. По темноте шла, да не боялася, ничего вокруг не замечала — торопилась сильно.
Не видала, как огромный седой медведь, не давешняя медведица, а другой — могучий и лобастый рыкарь провожал ее через лес. Перед ним расступались звери лесные, хоронилась нечисть нехитрая. Шел великий медведь, шел охотник, что когда-то побратался с медведем, вел внучку свою Беляй — в большой мир, в новую жизнь весь Род девчонку провожал.