- Да не волнуйся, это просто твое подсознание. Потому тут и воняет кострищем.
Повернув голову на источник звука, я с недоумением натолкнулась на знакомые зеленые глаза, хитро щурившиеся в этот момент.
Точная моя копия склонила к плечу голову и с яркой улыбкой на потрескавшихся губах пошутила:
- Что ты пялишься как неродная!
- Да как-то не ожидала тебя увидеть так скоро, - я отвернулась от говорившей и обратила свое внимание на постепенно проступающие фигуры в темноте.
Смутные тени колебались вне слабо освещенного пространства вокруг меня, в вязкой темноте за гранью незримой пунктироной линии, которую они не смели переступить.
Я бесстрастно отвела от них взгляд. Кругом все было так же тихо. Казалось, что кроме меня и Муры напротив нет больше никого.
- Я не помню, чтобы в моей голове такие просторы были.
Темноволосая с презрением закатила глаза и небрежно махнула ручкой, как бы очерчивая Пустоту.
- Одичала, забыла. Больше нас не слушаешь. Но от себя ведь не убежишь, ми-лоч-ка!
Перейдя на язвительное шипение, Мура злобно оскалилась. Слегка опешив от такого подхода, я вызывающе вздернула бровь и ответила:
- Я обращаюсь к вам тогда, когда я сама этого захочу. В конце концов...
Приблизившись к ней, я заметила промелькнувший в глазах девушки испуг. Слонившись к уху зеленоглазой, тихо заметила:
- Я есть наиболее полная версия из вас всех, - отклонившись, я мягко улыбнулась. – Так почему я должна уделять вам внимания больше, чем того требует моя личность?
Мура молча склонила голову, слегка уязвленная моим ответом. Мне оставалось лишь равнодушно пожать плечами.
- Ты так и не ответила на мой вопрос.
- Ты там, где мы обитаем. Все те, кого ты воткнула в глубины своего бессознательного. И она тоже здесь.
- Кто? – я немного настороженно прищурилась, едва ли догадываясь о какой личности идет речь.
Мура внезапно рассмеялась, поднимая во мне волны недоумения.
- Когда она созреет к разговору, понаблюдает за тобой, она сама обратится к тебе. А теперь перейдем к более насущному.
Я вздохнула полной грудью, наслаждаясь отсутствием болевых ощущений. В реальности тело не позволяло расслабиться от болей. В сознании же не было этой тягости. К сожалению, предотвратить жизнь невозможно, а потому придется привыкнуть к этим тянущим ощущениям.
Задумчиво потрепав потемневшие и резко отросшие за короткий промежуток волосы, я ответила:
- Да, думаю ты права. Пора бы уже возваращаться.
Я аккуратно ступила по слегка пружинящей поверхности пустот своих чертогов разума. Было странно находиться в столь сюрреалистичном и крайне ненормальном пространстве, которое противоречило здравому смыслу. Тем не менее оно все равно существовало, вопреки всяким доводам.
- Зачем нам такие просторы?
- Зачем? – шествующая передо мной Мура обернулась с недоумением на лице. – Лучше больше, чем меньше. Разве нет?
- Ну так... В принципе, логично.
Мура обворожительно улыбнулась, сверкнув родными темно-зелеными глазами, и вновь вернулась к роли проводника из собственного запутанного сознания. Больше не обращая на меня свой взор, девушка продолжила тихую беседу во избежание скуки:
- Изменение в капсуле бесследно для нас не прошло. Ты в курсе, что еще с новой сущностью слиться бы стоило?
- Той самой, которая была внедрена нам в лаборатории?
- Ага. Как мне кажется, это в ближайшее время прям позарез понадобится!
- Хм.., - озадаченно почесав маковку, внезапно дернула за растрепанные пряди, ойкнув от неожиданности.
Я нахмурилась. Порой, образы в подсознании являлись субъективным или даже фактическим отображением реальности.
Не прекращая движения по пружинящей поверхности, растерянно перебирала пряди потемневших и резко поднабравшихся в длине волос. Видимо, внезапный приступ послужил катализатором к процессу внешнего видоизменения. Помимо отросших волос я заметила вновь проступившие цепочки узоров, похожие на пятна шкуры дикого животного.
Я в задумчивости шла за своей копией, когда вдруг осознала, что Мура пропала.
Оторвавшись от своих размышлений, я замерла на месте и отпустила прядь волос. Вездесущая темнота мешала сориентироваться или что-либо рассмотреть, заставляя в замешательстве оглядываться. Из-за резкого изменения в моем окружении, обострившиеся инстинкты и интуиция тревожно зашептали, травя душу внезапно всколыхнувшимся страхом.
Страхом перед чем-то непоправимым.
До того ласково обнимающая тьма сознания взволнованно пошла рябью. Казалось, что вокруг меня кромешные бархатные ткани, простертые откуда-то из вышины и до самого гипотетического пола, заколыхал злой призрачный ветер.