Понимая, что происходит очевидно что-то непредвиденное, я напряженно замерла на месте.
Амплитуда движения "ткани" резко возросла. Даже ранее горизонтальный пол проявил неожиданную активность, заколебавшись словно море.
Тело пару раз резко подкинуло вверх и с моим испуганым писком ухнуло вниз. Меня швыряло из стороны в сторону, пока я мысленно радовалась отсутствию морской болезни. Отчаянно пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, я неизменно хватала пустоту, и меня тут же кидало в другую сторону, вызывая приступ головокружения.
Пространство вокруг и не думало утихать. Уже огромные волны темной холодной патокой захлестнули меня с головой, как девятый вал, вынуждая резко встать.
- Что..?
Однако шибко неожиданный удар лобешником о появившееся препятствие не дал закончить мысль, и я глухо зашипела от боли.
- Да чтоб тебя! - возмущенно взвыв, потерла пострадавшее место и с изумлением огляделась.
- Э-э-э... О-оо-!.. - я разглядела, где находилась на данный момент.
Оказалось, что меня поместили в полупрозрачный соплеменник незапамятного хирургического саркофага. Только к этому было подключено множество электродов в виде проводов. Сбоку у изголовья капсулы темнела панель управления, которая на данный момент задорно мигала зелененьким светом. Видимо она оповещала о благополучном стечении проведенной процедуры и моем нормализовавшемся состоянии.
Казалось бы, живи и радуйся, вот только... Примечательно, что к сенсорной панели можно было получить доступ и изнутри. Однако его мне не предоставили, оповестив об ошибке сервера. То есть, выйти самостоятельно без ущерба имуществу я не могла. В добавок ко всему, помещение, где находился прозрачный сверху кокон, было абсолютно пустым. Хотя было заметно, что посещали его в последнее время довольно часто. На то указывал придвинутый почти вплотную к капсуле стул и закинутый в дальний угол кушетки у выхода плед.
Освещение в некогда светлой комнате было затемнено, а тревожный красный сигнальный фонарь припадочно мигал. Сердце от этого антуража судорожно трепыхнулось где-то в горле. Дурное предчувствие же приветливо помахало моим нервишкам.
Я начала остервенело крутить головой, размышляя о способе освобождения себя любимой.
"Ус-спкоОйс-ся!" - голос Муры раздался над ухом невовремя, перепугав меня еще больше. Перегруженная психика заставила дать слабину, и я раздраженно ответила своей галлюцинации:
- Не ш-шипи на меня!
Из горла раздался насадный резкий рык вперемешку со свистящим шепотом, отчего даже у меня самой пробежались мурашки по коже.
Испуганно схватившись за горло, тут же поморщилась от распоровших тонкую кожу когтей. Я раздосадованно осмотрела свои видоизмененные конечности с проступившими цепочкой темными пятами и мрачно вопросила в пустоту:
- Что ты сделала?
"Взяла на себя смелость начать слияние. Которое впрочем, уже прошло успешно. Эти пятна и когти лишь проявления твоей измененной цепочки ДНК", - голос был малоэмоционален и крайне подавлен.
Полулежа на горизонтальной поверхности внутри капсулы, я невольно нахмурилась. Показалось, что с интонацией было что-то не так. Не сумев распознать тонкие изменения, решила оставить столь несущественный вопрос на потом. Стоило для начала освободиться от своеобразного заключения.
В сложившейся ситуевине необходимо поспешить к сотоварищам, дабы разъяснили мое удержание и по случаю оказать им помощь, если таковая понадобится. Опять же, учитывая не затихающую внутри бурю опасения и противного предчувствия, да световой сигнал тревоги, уже никаких сомнений не возникало. Все свернуло и пошло через одно массово посещаемое место!
Не став заострять на треволнениях внимание, сосредоточилась наконец на поставленной задаче - выбраться из этого импровизированного гроба. Как раз в голову пришла одна очень интересная идейка. Правда, после этого наши эскулапы в едином душевном порыве сожгут меня к чертям. С другой стороны, об этом можно попереживать в последнюю очередь! В живых бы всех застать.
Потыкав для верности пальцем материал, из которого была выполнена сия конструкция, убедилась, что проще найти и подрезать крепления. Попыталась прощупать шов. Не нашла. Разозлилась сильнее! Впрочем, тут же охнула от прострелившей виски боли.
Полурыча матюкнувшись, потерла бедную головушку и тут же матюкнулась повторно! Ведь поняла, что зрение обострилось на порядок.
Благодаря настроившейся резкости своих объективов, я-таки рассмотрела эту едва уловимую линию, разделяющую меня от свободы!