- Меня спасет только виновница случившегося, - парень прикрыл глаза и заойкал в новую силу.
- И что же тебя спасет, страдалец? – хмыкнула Мия. Он напугал ее своей выходкой, а сейчас еще и издевается.
- Поцелууууй! – парень прокричал и опять откинулся «умирать». Мия закатила глаза, а Эмма ее легко толкнула в бок. Мия возмущенно посмотрела на нее, но та лишь улыбнулась аля ангелок и кивнула на парня.
- Давай спасай раненого, - ребята забавлялись от души, наблюдая за происходящим. Мия была не согласна целовать парня, но похоже все уже настроились посмотреть представление и кричали «Целуй» со всех сторон.
Девушка возмущенно смотрела на них, хотела еще раз отказаться, но перед глазами проскочили воспоминания, как Нилс целовал Эмму. А ведь они ее ровесники, а так свободно живут. А она настроила себе стену запретов и тухнет с ними в скукоте.
Девушка решилась поцеловать Эвана лишь потому, чтобы доказать себе, что она может все. Ребята поддержали ее инициативу и во всю гудели, подталкивая к парню. Эван же активно застонал, только его губы, что так и хотели улыбнуться, выдавали его притворство.
Мия подошла ближе к парню и присела на колени. Поправив свое платье, она начала приближаться своими губами к губам парня. Он застыл в ожидании, а сантиметры между ними все укорачивались. Она смотрит на парня, и никакого восторга он не вызывает. Мия, как любительница любовных романов, всегда думала, что поцелуй это что-то особенное, что мурашки по коже и жар внутри. А тут даже не начав целовать парня, уже чувствовала внутри себя протест.
И вот еще пару секунд и их губы соприкоснутся. Мия почувствовала запах жевальной резинки и сигарет, готова была поцеловать Эвана.
Но что-то пошло не так.
Все произошло слишком смыто. Мия не сообразила как, но ее тело оторвалось от земли, а талию сжали крепкие руки. Повернули девушку корпусом к себе и единственное, что она увидела – это знакомые золотистые глаза и пушистые ресницы. А потом ее поцеловали.
.
Сладкий запах карамели. Он как будто проник в каждую клеточку и завоевал тело. Причем с ее легкой капитуляции. Мягкие губы настойчиво продолжали сминать ее уста в жарком поцелуе.
Язык прошелся по ее ровным зубам и прикусил нежную нижнюю губу, сразу же зализывая раны. Мия только тихонько выдохнула и целовал в ответ.
С ее телом однозначно что-то происходило. Она не оттолкнула наглого парня, не укусила и не вырывалась. Наоборот, она льнула к нему и чувствовала притяжение. Все напряжение начало сбираться внизу живота и она ощутила пробирающее ее тело возбуждение. Она разомлела в его руках и, скажи он «Пошли ко мне», она бы не побежала, она бы полетела вслед за ним. Это однозначно новые ощущения, и Мия очень не хотела, что бы этот кайф заканчивался.
- Кхм, Нилс, ты охренел? – Эмма сложила руки под грудью и возмущенно смотрела на Брауера. Тот нехотя отпустил тело Мии и отошел на несколько метро на всякий случай. Мия же до сих пор была «под кайфом» и только приходила в себя.
- Это ты охренела, Эмма. Ты зачем девченку заставляешь целовать этого слизняка? – парень хмуро и цепко осмотрел компанию ребят, что свою же подругу чуть ли не подложили под другого. – А ты, Янсен, если хочешь, то подходишь и целуешь девушку, а не издеваешься и принуждаешь ее при всех позориться? Ты меня понял? – Нилс был зол и сам не понимал причину злости. То ли обида за девушку, то ли… А нет, просто обида. Эван только помахал головой на вопрос Нилса.
- Мы дурачились. Это же не серьезно. – Эмме стало стыдно перед Мией и она немного смутилась. В ее компании не было чем-то странным подобная игра.
- Тебе надо – ты и дурачься с ним так, - выплюнул парень, но потом немного успокоился и увидев внимательный взгляд Мии, задорно улыбнулся.
- Охрененно целуешься, багрянка! – парень последний раз задержался взглядом на девушке и развернувшись, пошел к своим друзьям.
В компании Мии не было так спокойно. Эмма виновато смотрела и девушку и все извинялась, но та не была на нее в обиде, поскольку она все-таки взрослый человек и сама отвечает за свои поступки. Девченки тоже немного притихли, только спрашивали, все ли нормально. Мия автоматически кивала согласием, а ее мысли были далеко от сюда. Она не могла забыть сладкие губы Нилса, хоть изо всех сил гнала это наваждение. Сердце гулко билось в груди.