Мы терпеливо ждем, пока Дэрил, водитель автобуса, быстро все проверит, поговорит с тренером и, наконец, откроет складную дверь.
Мы дома и можем выйти из автобуса.
Схватив свое дерьмо из верхнего ящика и с пустого места рядом со мной, я следую за моими товарищами по команде, когда они медленно продвигаются вперед, шаркая по проходу, мои беспроводные наушники все еще на месте, тяжелые металлические гитарные рифы играют в ушах.
К тому времени, как я спрыгиваю с последней ступеньки и натягиваю на голову черный капюшон толстовки, несколько человек на стадионе уже разгружают наши сумки. Немедленно нахожу свой рюкзак. Отрываю его от земли и направлюсь к своему грузовику не приняв душ. Голова опущена, большой палец скользит по тексту Вайолет.
Тогда мне приходит в голову несколько вещей: она никогда первой не писала мне сообщения. Это не слишком шокирует, так как она более сдержанная, наименее напористая девушка, которую я когда-либо встречал.
Интересно, чем она занималась после сбора средств, с тех пор, как поцеловала меня на подъездной дорожке. Этот поцелуй не давал мне уснуть дольше, чем следовало, и заставил смотреть порно в Тамблер, когда я должен был спать, а не дрочить свой стержень.
Интересно, значит ли это, что я действительно скучал по ней?
Или мне просто нравится дрочить на порно гифки?
Или оба варианта?
Как бы то ни было, Вайолет — единственный человек, который написал мне с тех пор, как мы уехали в штат Огайо.
Мои большие пальцы выстукивают ответ.
Зик: Команда только что вернулась в город с выездной встречи в Огайо. Буквально только что въехали на стадион, где мы паркуем наши машины во время выездных встреч. Что ты сейчас делаешь?
На мгновение я задумываюсь, не пьяна ли она.
Вайолет: Что я делаю прямо сейчас? Ничего, потому что приближается дикая и сумасшедшая пятница! А моя компания – это я и еще раз я.
Я выдергиваю бейсболку из рюкзака, надеваю ее под толстовку, поворачиваю налево, потом направо, потом сжимаю козырек, чтобы она села плотнее. Мои пальцы работают быстро.
Зик: Вайолет, все
Нажимаю "Отправить". Ой.
Зик: Ви, все в порядке?
Длинная пауза.
Вайолет: Ты хочешь, чтобы я была честной?
Вайолет: Нет, это не так. Все не в порядке.
Краем глаза я замечаю какое-то движение и поднимаю голову, опираясь одной ногой о подножку грузовика. Оз приближается со всем своим дерьмом, вещевые мешки перекинуты через его широкие плечи.
Он поднимает руки.
— Какого черта, мужик? Ты не мог подождать пять минут? — Его голубые глаза подозрительно сужаются. — Ты ведь не собирался оставлять меня здесь, правда?
— Нет, просто пришло несколько сообщений, которые не могли ждать.
— О, правда, что за сообщения?
Мои серые глаза скользят по нему.
— Чувак, ты не собираешься в душ?
— А ты нет?
— Я собирался сделать это дома.
Он открывает пассажирскую дверцу, засовывает свое дерьмо и забирается внутрь.
— Дай угадаю: ты переписываешься с Вайолет и не хочешь терять ни секунды, тусуясь внутри здания. О, ты просто прелесть. — Он наклоняется над центральной консолью к моей двери и ревет: — У Зика есть девушка, у Зика есть девушка, — как долбаный идиот.
Господи, ну почему он такой чертовски несносный?
Я не обращаю на него внимания, но из-за непрекращающихся криков это трудно.
Не говоря уже о том, что теперь он хватается за мой телефон, шевеля пальцами.
— Давай, парень, положи трубку и поехали. Я сказал Джеймсон, что…
Я поднимаю средний палец.
— Ты можешь заткнуться еще секунд на пять? Спасибо.
Его спина ударяется о сиденье, и он начинает пристегивать ремень, как хороший бойскаут.
Зик: Что случилось, Вайолет?
Зик: У тебя какие-то неприятности? Мне за тобой заехать или что?
Вайолет: Нет, ничего такого. Просто, боже, мне так стыдно, что я написала тебе. Это прозвучит так глупо, но обе моих соседки ушли, и я одна, и я плачу, и не вижу кнопок на своем телефоне.
Ну, это объясняет дерьмовую орфографию.