— О Боже! — Я задыхаюсь, задыхаюсь. — Боже мой, Боже мой!
Он поднимает голову.
— Даже близко нет, детка.
Нет изголовья, за которое можно ухватиться. Никаких столбиков. Нет подушки или простыни, чтобы прикусить.
— О боже, Зик... О боже, это так хорошо!
— Что это за запах?
— Я-я…
— Ты что там внизу душишься? Это как п*здатый наркотик.
О боже, это ужасное слово заводит меня.
— Это... это д-детская при...сыпка, — стону я. Моя шея дергается на матрасе, голова откинута назад, губы шипят, когда он, наконец, перестает лизать достаточно долго, чтобы всосать мой клитор. — Детская присыпка.
— Эта сладкая малышка, покрытая присыпкой, чертовски восхитительна, — говорит он, пряча лицо и сильно всасывая. — Ммм…
Его рука дрейфует, опускаясь на мой таз, оказывая давление.
Пальцы на ногах сгибаются.
По спине бегут мурашки.
— Да... да... прямо здесь. О да ...— я громкая и мне все равно.
Зик мычит в меня, а я инстинктивно раздвигаю ноги.
Оргазм нарастает, начиная с моего ... э-э – везде…
Оргазм повсюду, каждая клеточка внутри меня взрывается искрами. Нервы гудят. Трепещут. Гудят.
Вибрируют.
Я стону, стону и стону, пока, наконец:
— Я кончаю. О, боже, кончаю…
Зик
Вайолет кончает в мой рот, твердый набухший клитор пульсирует под моим языком, когда я всасываю его до кульминации. Она так хорошо пахнет. Так чертовски хорошо, что я мог бы есть ее всю ночь, снова и снова, уровень интенсивности, который я чувствую неописуемо. Сюрреалистично.
Она в моей постели, подо мной.
Вкус ее смазки, свежей на моих губах? Очень вкусный.
Светлые волосы разметались по моим подушкам, она бледная во всех частях тела, исключая пятна, где она краснеет: алые, розовые и десять разных оттенков персика.
Ее фарфоровая плоть резко контрастирует с моими черными простынями; она похожа на ангела, лежащего здесь.
Прекрасного ангела, в которого я хочу засунуть свой член и трахать.
Я поднимаюсь на колени. Наклоняю голову, чтобы пососать одну из ее сисек, и получаю такой гортанный стон, что замираю. Её губы припухли, глаза остекленели от оргазма, я щелкаю языком по ее соску и дую, прохладный воздух заставляет его сморщиться, стать твердым, как мой набухший член.
Она наблюдает, как я поглаживаю его, широко раскрыв глаза. Я тянусь за презервативом к прикроватной тумбочке.
Я ненавижу эти вещи.
Тем не менее я вскрываю фольгу, перекидываю обертку через плечо и раскручиваю этого ублюдка, прикусывая зубами нижнюю губу.
Ее карие глаза остекленели, она кивает, выгибает спину и трется своей маленькой грудью о мою.
— Как только мы сделаем это, пути назад не будет. — Хочу добавить, что ты собираешься спать именно со мной. Не с каким-то чувствительным чуваком, который будет щедро одаривать тебя любовью после. Я точно не обнимаюсь.
— Замолчи, — требует она. — Прекрати болтать и трахни меня уже.
Вау. Чёрт возьми.
— Ты любишь грязные разговорчики, Вайолет?
— Не знаю, — краснеет она. — Скажи что-нибудь непристойное.
Я смущаюсь и смотрю на нее сверху вниз. Ее огромные карие глаза смотрят на меня, такие нежные и красивые, когда мой член трется о ее щель, и этот ореол невинности, окружающий ее, заставляет меня остановиться.
Слова застревают у меня в горле, но не выходят.
Скажи что-нибудь непристойное, скажи что-нибудь непристойное, скажи что-нибудь непристойное.…
Черт, да что со мной? Почему мои губы не шевелятся?
— Зик?
Ее бедра извиваются подо мной, вызывая трение о мой напряженный член.
Я дам ей это, то грязное, хорошо, только не…
Сейчас.
Сейчас нет.
Это первая девушка, к которой я испытываю хоть какие-то чувства, если не считать гнева, который я испытываю по отношению к матери, и я не хочу испортить их, изрыгая всякую гадость.
То, что мы собираемся сделать, кажется правильным и неправильным одновременно, и все же мы здесь, собираемся пересечь черту. Я поклялся, что никогда не перейду её, не давая надежду на то, что я не знаю, как дать.
Вайолет доверчиво смотрит на меня. Возбужденная. Удовлетворенная.
Сексуальная.
Готовая.
Я нависаю над ней, упираясь локтями в подушки. Скольжу вперед. Я собираюсь толкнуть свой член вперед и трахнуть ее, как чемпион НАСС (Национальная ассоциация студенческого спорта), коим я являюсь.