— Это были твои друзья, там, в магазине? — я даже вздрогнул от того, как отчетливо прозвучали его мысли в моем сознании.
— Да, мои однокурсники, — Оливандер принес большую горку коробочек. Одной из них бала та, в которой лежит палочка с пером феникса. С громко бьющимся сердцем я смотрел, как одна за другой палочки не подходили, и оставалась только она — моя родимая. Старик снова привлек излишнее внимание к палочке, прежде чем протянуть ее Гарри. Непроизвольно я задержал дыхание и выдохнул только тогда, когда из палочки вырвался яркий сноб искр — она подошла брату. Видать, независимо от того, есть в теле Гарри Поттера крестраж или нет — он все равно избранный.
Велев брату прочитать все учебники, особенно сконцентрировавшись на зельях, я отправился в свое поместье. Единственное, чего мне хотелось на весь предстоящий август — это заснуть и проснуться уже 1 сентября. Лишь бы начались какие-то занятия, лишь бы занять себя чем-нибудь, чтобы не думать обо всем, что я узнал. Вообще ни о чем не думать: ни о себе, ни о брате, ни о жизни, которая так любезно предоставила мне шанс снова стать мальчиком для битья.
— Мастер Эванс, Вам пришло письмо, — Кликли протянул мне конверт. Не сложно было догадаться, что письмо от Флер — ее почерк и рисуночки на конверте были отличительной чертой всех ее посланий. В письме не было ни одной важной мысли, зато оно подняло мне настроение. Я так и представил, как Флер кусала кончик пера, вспоминая, чем бы еще таким поделиться со мной. Откладывать написание ответа я не стал и поспешил в кабинет. Усмехаясь каждому пошловатому предложению, которое было написано, я так и видел, как вейлочка будет заливаться краской при их прочтении. Запечатав конверт печатью, я позвал эльфа, чтобы он его отправил. Надеюсь, родители Флер не просматривают ее корреспонденцию.
— Разговор не совсем удался? — раздался голос матери с ее картины, которая теперь висела в моем кабинете, а не в картинной галерее.
— Смотря, с какой стороны посмотреть на этот разговор. Я выяснил все, что хотел узнать. Джеймс высказал все, что хотел сказать — разговор удался, — радостное настроение от написания письма еще не прошло, и я не хотел его разрушать. Лили слабо улыбнулась.
— В этом году Гарри поступает в Хогвартс. Вы будете учиться вместе. Так что теперь тебе придется вести себя прилично, чтобы младший брат смог брать с тебя пример, — мама поспешила перевести разговор в другое русло.
— Точно. Теперь никаких девчонок и пирушек, только учится, учится и еще раз учится, — рассмеялся я.
— Девчонок?! — радостно спросила мама. Она смотрела на меня с таким живым интересом, что я печенкой понял — сейчас начнется допрос. — Так у тебя уже есть девушка? И кто она?
— Мама, я же просто пошутил, — я чувствовал, как краска заливает мои уши, а улыбка на лице мамы становилась шире. — Мы с ней просто друзья, и ничего больше, — категорично заявил я, отлично понимая, что спалился по всем пунктам.
— Так, где ты с ней познакомился? — Лили от души забавляло все это, и она улыбалась, флегматично поглаживая живот.
— В школе, — нехотя начал рассказывать я. — Мы с ней учились эти два года вместе в Шармбатоне. Она француженка, и она вейла, — я задумчиво перевел взгляд на вазу с розами, стоящую на камине, вспоминая все, что было связано с Флер. Наше первое знакомство — ее презрительные взгляды в мою сторону, когда она думала, что я хочу выделиться. Что моя жизнь без лишнего понта слишком пресная и именно поэтому я — четырнадцатилетний подросток бросил свое имя в кубок огня. Как резко и кардинально изменилось ее мнение, когда я спас самого дорогого и близкого ей человека — Габриель. Ее свадьбу, рождение Мари, смерть Билла. Долгие вечера, в полной тишине, у камина или под открытым небом. Долгие ночи, наполненные томным шумом. Симметричные родинки на ее бедрах…. Ее смерть….
— Мы с ней только друзья, мама. Она точно не для меня, — сдержанно произнес я — веселого настроения, как ни бывало.
— Не так важно, что было в прошлом. Важнее то, что ты еще будешь совершать, — совершенно неожиданно, не понятно к чему сказала мама. — А девчонки — они еще будут вешаться тебе на шею. А если ты не подстрижешься, то и мальчишки тоже, — задорно рассмеялась Лили, вытягивая меня из мрачных мыслей.
— И не напоминай лучше, — невнятно пробубнил я, под ее веселый смех.
Совершенно неожиданно для себя, я оказался по уши завязанным в дела поместья. Подписывал договора, аннулировал счета, принимал на работу и увольнял — в общем, делал то, в чем ни бельмеса не смыслил. И, к моему величайшему удивлению, я не пошел по миру от этих действий, а наоборот увеличил свою прибыль и состояние. Домовые эльфы шныряли по дому, сияя от того, что к ним, наконец, вернулся хозяин, и он занялся делом.