– Протягивайте ножки, Анастасия.
Что? Я считала, что протягивать ноги, обе сразу, мне еще рановато. Но догадалась: хозяин поместья рядом со мной почему-то очень волнуется, вот и несет ахинею. Протянула сначала одну ногу, левую. Красавчик ловко водрузил на нее туфельку. А я чувствовала себя Золушкой… наоборот! Героиня известной сказки сделала резкий карьерный скачок от кухонной рабочей до принцессы. А я из принцесс в кухарки. Хотя все в наших руках. И ногах. И не только. Я заметила, каким взглядом золотой олень пялится на мою грудь, обтянутую мокрой тканью. Взгляд у олигарха какой-то отсутствующий. Господи, да он мечтает и фантазирует? Этот факт меня тоже порадовал. Фантазии мужчины – это лучшее оружие женщины, даже более действенное чем улыбка. Дала еще несколько секунд Дмитрию Васильевичу насладиться прекрасным природным явлением "моя грудь" и только потом кокетливо похлопала глазками, нацепила смущенную улыбочку, стыдливо воскликнула "Ой" и прикрыла рукой торчащие соски.
– Да вы вся промокли, Анастасия! – с тревогой воскликнул Дмитрий Васильевич. – Идемте скорее в дом, там что-нибудь придумаем.
Идти в намокших туфельках было не слишком комфортно, но это никак не отразилось на моем лице, Я шла с гордо поднятой головой, прямой спиной и вообще старалась держаться тем, кем себя считала – королевой. И искоса любовалась небожителем. Вскоре мы оказались в просторном холле. Золотой олень быстроногой ланью сгонял куда-то и принес мне теплый халат:
– Наденьте пока вот это, Анастасия. Вашу одежду мы сейчас высушим. И не возражайте. Я не хочу. чтобы Вы умерли от переохлаждения, и этот чудесный дом остался без домо.. правительницы.
– А я не хочу, чтобы Вы, Дмитрий Васильевич, умерли от заражения. Где в этом доме аптечка? Рана у вас на щеке довольно глубокая. Ее нужно срочно обработать. И не спорьте! Я не хочу, чтобы этот прекрасный дом лишился такого милого хозяина.
Дмитрий Васильевич как-то странно взглянул на меня. На минуту мне показалось, что в красивых темных глазах появились озадаченность и грустинки. Но он тут же взял себя в руки:
– Аптечка есть на кухне, Пройдемте туда, заодно и чаю горячего выпьем. Знаете, Настя, это самое забавное собеседование, что случалось в моей жизни!
Небожитель снова лучезарно улыбнулся. Какой же он милый! И простой, несмотря на огромное количество денег. Такой славный, что мне как-то расхотелось называть его оленем. А вот желание получить его в свои сети только усилилось. Я взяла в руки аптечку. Нашла перекись, зеленку, стерильную вату. Действовала уверенно. Потому что у меня имелся опыт "медсестры". Мои родителями не просто владели фармацевтическими предприятия, они были медиками по образованию. Маленькая Настя мечтала пойти по их стопам и обожала играть в "больничку". У меня имелся для этой игры целый арсенал подручных средств. Причем, не игрушечный, настоящий. Правда, шприцы были без иголок, а блистеры из-под таблеток пустые, а в аптечных пузырьках простая вода. Постоянных пациентов у доктора Анастасии Павловны было двое. Няня Земфира, которой я мерила давление, ставила уколы, поила микстурами. И шофер отца дядя Гена – здоровенный, абсолютно лысый, одинокий мужчина. Я даже вставала пораньше, чтобы поймать дядю Гену, пока тот пьет чай на кухне в ожидании начальника. Голова водителя мне особенно не давала покоя. Именно на ней я замазывала воображаемые раны. Чаще всего зеленкой. Потом папа врывался в кухню и кричал:
– Гена, поторопись, жутко опаздываем, у меня сегодня…
И Геннадий бежал на выход с "обработанной" зеленой головой и заплатками из пластыря. Смыть зеленку проблематично, так и катал отца. Сам дядя Гена никогда на меня не обижался, говорил, что его зеленая голова ничуть не напрягает. Папа только смеялся. А женщины в офисе отца дали нашему водителю вполне оправданную кличку Крокодил Гена. Мужчины звали короче и проще – Зеленый.
Я вернулась из прошлого, смочила тампон антисептиком и аккуратно прикоснулась к царапине.
– Не больно, Дмитрий Васильевич?
– Что Вы, Анастасия, у вас такие нежные руки… – ответил олигарх, дотронулся до моей ладони и посмотрел прямо в мои глаза.