Глава 21
Я смотрела, как жадно, с наслаждением Дима пьет горячий кофе, и улыбалась. Ясно ведь, делает вид, что нет вовсе никакого похмелья. Пока я наводила порядок, успел принять душ, побриться, почистить зубы. Радует, что мое мнение ему не безразлично.
– Настя, ты чего улыбаешься, – спрашивает мой золотой олень, и тоже расплывается в улыбке.
– Ничего, просто сегодня хороший день. Вкусный кофе, Дим?
– Просто отменный! Но я вижу перед собой еще более лакомый кусочек.
В следующую секунду я вдруг оказываюсь на мощных коленях своего работодателя и чувствую вкус кофе… и еще мятной зубной пасты… и сладкий вкус счастья на губах, который знаком каждому, кто любил и был любим в ответ. Не знаю, сколько времени длится наш поцелуй, замечаю только, что помимо двух срезанных верхних пуговичек, несколько, что следуют, ниже… растегнуты. А я даже не заметила! Как он это делает, интересно?! Тааак, нам срочно нужен стоп-сигнал. Не время и не место сейчас для заманчивого продолжения. К тому же у меня болит душа за детей. Как они там? Собиралась дать Диме кофе и сразу бежать с проверкой в детскую, но вместо этого уютно примостилась на коленочках и из последних сил стараюсь удержать "крышу", которую вот-вот сорвет и унесет прочь. Решительно отстраняюсь от соблазнительной широкой груди, дарю на прощание легкий завершающий поцелуй. Правда, не могу сдержаться, на секунду запускаю руки в пышную влажную шевелюру работодателя и выдыхаю:
– Как же ты мне нравишься, Димка!
– Правда? – красавчик-миллиардер улыбается еще шире, но вдруг становится серьезным. – Настя, я испытываю к тебе тоже самое. Нет, даже больше! Поэтому… хочу спросить…
Дима мнется, на что-то не решается, я подбадриваю:
– Спрашивай смело, очаровашка с бицепсами!
– Хорошо! А нравлюсь ли я тебе настолько, что ты согласна провести со мной всю жизнь?
– Да! – без тени сомнения отвечаю я.
– Даже если я буду… например, беден!
– Конечно, Дмитрий Васильевич!
Ох уж этот вечный бзик богатеев, все-то они боятся, что любят только их деньги. В глазах золотого оленя вспыхивают искорки радости, и он даже вздыхает с облегчением. Потом неожиданно заявляет:
– У меня есть один секрет. Настя. И мне очень стыдно перед тобой… За то, что не сказал обо всем сразу…
Как я в этот момент понимаю Диму! Тоже ведь не раскрыла ему всей правды. И это меня гнетет. Детей я решила спрятать, больше поддавшись на Риткины уговоры. Наверное, пришло время раскрыть карты. Уверена, что должна покаяться перед Дмитрием Васильевичем первой. Решительно перебиваю:
– Дим, подожди. Дело в том, что у меня тоже есть тайна…
– Ну, ты же женщина, как без этого! – улыбается Дима.
– Даже… две тайны! – продолжаю я, набравшись решимости.
Мне, если честно, страшно. Очень страшно лишиться замечательного мужчины, что так ловко управляется с пуговичками. Понимаю, что не смогу без него. Никак. Никогда.
– Две большие страшные тайны?! – произносит "испуганным" тоном Дима.
– Нет, они еще маленькие. И уж точно не страшные, а милые, забавные!
– Всего две маленькие тайны и ни одной большой, Настя?!
– Есть… третья тайна, уже большая. И не совсем моя. Точнее, совсем не моя, то есть не мой. В общем, Дмитрий Васильевич, лучше не вставайте со стула, потому что у меня трое…
– Троечка? – взгляд черных глаз прикован к моей груди, а через секунду там же оказываются и наглые оленьи ручонки. И я слышу возмущенный возглас: – Настя, не обманывай, у тебя пятерка. Твердая. И… такая упругая!
Мда, поговорили серьезно! Мне очень хочется треснуть чем-нибудь тяжелым мужчину, которого минуту назад страстно целовала. И в это время у Димы трещит мобильник. Босс ловко выхватывает телефон из кармана:
– Черт, совсем забыл про встречу. Настя, мне срочно нужно ехать по делам. А вечер, день или утро откровений предлагаю устроить в другой раз. Без обид?
– Да вообще без проблем!
Меня такой расклад тоже устраивает. Раз мои признательные показания не были приняты, Анька и Ванька все еще в доме инкогнито. И, что самое удивительное, на мой телефон не поступило ни одного звонка от детей. Как только золотой олень скрылся на своей машине за воротами, я горной антилопой рванула в детскую. И замерла на пороге. Детей не было! Трясущимися руками стала набирать Анну. Знакомая мелодия послышалась совсем рядом. Телефон дочери валяется на кровати, а Ванькин вообще на полу. Первая мысли была самой страшной: моих детей украли! Но я тут же успокоила себя. Кому нужны близняшки, кроме меня?! Никому, даже родному отцу и бабушке. Значит, ушли сами. Мобильники оставили, потому что одежда без карманов. И потому что собирались выйти ненадолго. Наверняка, разгуливают по поместью. Главное, чтобы не заблудились. Я выскочила из особняка.