Глава 22
Стараясь унять дрожь, огляделась по сторонам. Вернулась в дом, быстро сняла униформу, переоделась в свою одежду, обула кроссовки, похвалила себя за то, что выбрала утром именно их. Марафон по огромному поместью дело нешуточное. Итак, Настя, на старт, внимание, марш! Рванула. Мой забег не оставил равнодушным мужичков, что занималась сварочными работами. Сначала алени что-то выкрикивали, тыкали пальцами в мою грудь, что тряслась при беге. А когда я снова пробегала мимо, двое работников сварочного аппарата присоединились к забегу. Неожиданные кавалеры оказались словоохотливыми и на бегу засыпали меня вопросами, заданными с акцентом: "Ти кто?", "Зачем бегать сюда, тюда?", "Что тякой красивай девюшка делает вечером"?
Алени производства ближнего зарубежья меня не интересовали. Вполне привлекательные парни, но мне был интересен только один олень, сделанный в России. И не потому, что золотой, а потому, что я влюбилась. Как же мне хотелось, чтобы в эту трудную минуту Дима был рядом. Я даже три раза послала мысленно к черту Ритку, которая уговорила не показывать детей. Но позвонить сейчас Диме я не могла. Такие вещи нужно говорить лично. Заводить знакомства с новоявленным спортсменами, что возбужденно дышали мне в спину, а тем более объяснять свое поведение, я не собиралась. Просто спросила:
– Детей тут не видели? Двоих. Мальчика и девочку?
Парни покачали головами. Детей они не видели. Я совсем сникла и вернулась в дом. Жадно выпила воды и заставила себя успокоиться. Сердце вон как колотится, нужно поберечься. Если свалюсь тут без чувств, кто моих маленьких беглецов искать будет. Внезапно меня осенила идея: а что, если мои детки направились к остановке. Там располагался небольшой магазинчик, в который я обещала детям заглянуть по пути домой. Но главарь по имени Анька вполне могла принять самостоятельное решение и потащить за собой Ваньку. Тем более, деньги у них были. Дали добрые люди. В маршрутке, которая привезла нас сюда…
В общественном транспорте мои близнецы сегодня утром ехали второй раз в жизни. В первый, когда мы покупали телевизор на прошлой неделе. Но тогда наше путешествие длилось всего две остановки. Рейсовый автобус до Лесогорской шел около часа. И, конечно же, мои детки отличись. На автовокзале автобус забился под завязку. Ехать предстояло долго, и я очень надеялась, что мы с детьми успеем занять двухместное сиденье в начале автобуса. Но нас резко оттолкнула необъятная мадам в ядовито-желтом сарафане. Ванька едва не упал. Я возмутилась:
– Женщина, можно быть поосторожнее! Здесь же дети!
Тетка повернула ко мне невольное лицо и рявкнула:
– Нарожала выводок, вот и вози его на такси! Будет она мне тут еще указывать!
В итоге мадама в желтом ворвалась в салон первой и брякнулась на переднее сиденье, массой своего тела сдвинув и буквально вжав в стенку автобуса своего соседа – симпатичного спортивного мужчинку средних лет. Мы с ребятишками устроились рядом, вцепившись за поручень. Но уже на выезде автобус тряхнуло так, что я не удержалась и ударилась лбом об верхнюю перекладину. Вскрикнула, схватилась за голову. Сосед женщины в желтом вскочил и произнес:
– Девушка, вам больно?! Идите на мое место.
– Спасибо, – ответила я. – Но пусть лучше дети сядут. Я в порядке, постою…
И тут Анька, всегда соображающая на лету, выдала:
– Мама, пусть лучше тетя нам место уступит, тогда мы все поместимся!
Близ находящиеся пассажиры дружно рассмеялись. Лицо у злой толстушки стало багровым, что совсем не сочеталось с желтым сарафаном. Она разразилась новым потоком брани в наш адрес. Но мне было на это плевать. Я втиснула детей на место доброго мужнины. Женщина в желтом покинула автобус, на наше счастье, неожиданно быстро, уже на третьей остановке. Также вышли пассажиры, что сидели напротив. Мы разместились на освободившихся местах с комфортом. Рядом со мной возле окна сидела Анна, напротив нее добрый спортивный дяденька, возле него, напротив меня, Ванька. Спортсмен не спускал с меня глаз, потом наклонился к Ваньке и спросил:
– Тебя как зовут?
– Иван!
– А я дядя Сергей. Иван, а у тебя папа есть?
– Есть, папа Кир!!! Только он с нами сейчас не живет.
Дядя Сергей улыбнулся и снова посмотрел на меня. Но в этот момент к нам протиснулась кондуктор и спросила: