Мужчина прошёл по алому песку и взял за шею Кумаха.
– Ты смеялся над моей одеждой? Глупый, ничтожный эгоист! Какой ты омерзительный, презренный человек!
– Т-чо ты твохишь? – задыхаясь в чужих руках спросил парень – Что с Суиин сделал?
– Не переживай, красотку я не убил, она без сознания.
– Здрасте, Велиар, я там распорядился трупы похоронить, как ты и просил – огласил, только заявившись и по-дурацки отдавая честь, парень в шляпе с широкими полями, к краям которой крепились серебряные цепочки с разного рода кулонами и бубенцами.
– Ты так внезапно меня прерываешь!
– Прости, прости, ух-ты! Тут девица! Какая-то она уродливая, тебе такие нравятся? Значит я могу забрать себе нашу сладкую розу в самом цвету?
– Исчезни с моих глаз! – Прикрикнул Велиар, ослабляя хватку, отчего Кумах смог вырваться. Однако упал и, пытаясь отдышаться, не нашёл сил даже отползти.
– Велиар, я забрала всю их технику и медицину, их рабочие связаны и погружены по машинам, мы готовы к отъезду. – с лёгким реверансом огласила девушка в золотом платье.
– Хде Вихтор, мужик кха… кха… с жуткими бровями?.. – кашляя, спросил Кумах.
– Этих двоих тоже грузите! – скомандовал царь.
– Стой. Этот с цветной головой мне не нравится, можно я его добью за тебя? – спросил мальчишка в шляпе и, получив разрешение, набросился на лежащего на полу парня. Он ударил Рыжего в живот, а потом, усевшись поудобнее слева на его руку, принялся медленно душить, завязав верёвку на горле жертвы. Одновременно с этим другой рукой он отломил соломинку от своей шляпы и воткнул беспомощному, что отчаянно пытался хоть как-то бороться, но которого при этом удерживала и леди в золотом платье, в глаз. Рыжий почти не мог кричать его горло издало лишь ужасающий словно потустороний сип, а тело с новой силой постаралось вырваться, однако безуспешно.
– Смотри, Велиар, теперь то он соринку в своём глазу увидит! Или как там ты учил? Ой, да! Руки! Он слишком много брыкается, ты так не думаешь, Лилия?
– За что? – просипела жертва.
– Ты знаешь, что за всё нужно платить? Ты причинил мне боль, это твоё наказание – спокойно ответил мужчина в меху.
– Ы… хто… Из-за… Хмотки… обхиделся? – теряя сознание и давясь болью, пытался спросить Рыжий.
– Ты должен следить за языком в следующий раз, теперь ты отвечаешь за боль и тяжесть, что вынудил меня испытать. За эти ужасные страдания, за эту тяжкую травму ты поплатишься жизнью.
– Тах ведь и пхавда духрацкий вид…
Юноша отпустил верёвку, давая возможность кричать, но так и продолжал издеваться над глазным яблоком жертвы и рвать его изнутри. Сомкнутые веки немного мешали ему помешивать содержимое и тыкать сетчатку. Парень вытащил из-за спины тесак и с силой ударил по руке жертвы, однако ему не хватило сил отрубить её полностью. И разделался он с конечностями только с пятого удара. Всё у него было ужасно быстрым, и даже Кумах, что уже хрипел сорванным голосом всё ещё не скончался от кровопотери.
Он со слезами посмотрел одним глазом на Велиара, что стоял в дверях, наблюдая за картиной.
– Вай! Вай! Вай! Ты открыл глазик! Какой молодец! – обрадовался парень в шляпе. Однако, коснувшись соломинки, понял, что на его действия больше нет реакции.
– Он умер, Велиар, тебе понравилось? Этот парень хорошо заплатил за то, что тебя оскорбил?
– Да, было прекрасно, ты хорошо постарался, а теперь бери девчонку и уходим, путь не близкий.
К утру в башню прибыло четверо ещё живых пленника.
Компанию ввели, а точнее буквально зашвырнули в главный зал, где пред ними предстал во всём великолепии залитой светом комнаты, в своём парадном кафтане с мехом и золотой оторочкой, поверх крестьянской плетёной белой рубахи, украшенной кружевом и алой вышивкой по краям ткани, человек. Тот самый царь.
– Я рад вас приветствовать, надеюсь, вы не запылились в дороге? Может по чайку?
– Какой чай, урод поганый? Ты как смеешь такое говорить?! Твои люди убили всю нашу группу! Ты го… – парень не успел договорить, как один из стражников приставил красное копьё к его шее.
– Ай-ай не злите меня я же и вас прикончу – рассмеялся мужчина на троне.