- Точно, об этом. Не думаю, что получиться остаться, как ты сказал, друзьями, - кривая усмешка сползла с красивых губ, - когда то я жила с тобой, любила тебя и более того я вышла замуж за тебя. Да, наша брак потерпел крах, но и стереть все воспоминая о нас я не могу. Я не лицемерка и не могу делать вид, что мне не причиняет боль мысль о тебе и другой женщине, которая подарит тебе все то, чего ты хочешь. И чтобы ты знал, - блондинка внимательно посмотрела в глаза собеседника, - это не ревность, как оказалось не так-то просто отпустить саму идею “нас”.
Глава 3
Даша вскочила с кресла, схватила пальто и сумочку и помчалась к выходу, не обращая внимания на мужа. Она не стала останавливаться на крыльце и сразу побежала за угол здания. Сердце колотилось в груди, тело пылало, но лицо так и осталось запечатано ледяной маской.
На ходу девушка накинула худые плечи пальто, платок постаралась запихнуть в сумку и попутно достать телефон. Рука шарила в недрах красного монстра, который, кажется, держит в себе все, что только можно представить, но никак не могла достать дурацкий телефон.
Она остановилась как вкопанная, когда поняла, что оставила его на столе, обернулась и посмотрела назад, но поняла, что лучше отдаст его в руки Роману, чем вернется туда и будет выглядеть полной дурой ,которая умудрилась еще и телефон оставить.
- Ну уж нет, - пробормотала себе под нос и двинулась дальше.
Спустя минут двадцать она пошла до набережной, где дул ледяной ветер. К слову, там почти не было людей, потому что ну кто в своем уме пойдет стоять у воды зимой. Но ей там нравилось, казалось, что воздух замораживает все внутри.
Даша притормозила, выровняла темп шага и заставила тело принимать в себя мороз, желая, чтобы он пробрал ее до самых костей. На набережной играла тихо музыка, что навевало старые воспоминания.
Она не любила танцевать, полагая, что ее телу не хватает пластичности, да и вообще она была довольно зажатой в повседневной жизни, но каждый раз все сомнения и страхи таяли, стоило лишь Роману взять ее за руку.
Особенно она лелеяла в своей памяти один вечер. Она сидела в гостиной, в руках медленно покачивался бокал с хванчкарой, бутылку этого вина им подарил кто-то из друзей, зная о любви хозяйки дома к грузинской кухне. Глаза ее были устремлены к камину, пламя медленно покачивалось в такт музыке, игравшей из динамиков (Yes I'm Changing - Tame Impala). В какой-то момент она почувствовала слезу на своей щеке, а следом за ней скатилась другая и вот они уже катились градом по ее лицу. Но тогда она уже принимала всю свою боль, принимала и прижимала к груди, как родного ребенка.
Схватив пачку со стола, она выдернула пальцами одну сигарету и прижала ее к губам. С тихим щелчком подожгла табак и сильно втянула в себя, задержала дым в легких и спустя несколько секунд выдохнула. Сигаретный дым заполнил пространство вокруг, создавая иллюзию тумана. В коридоре послышался шум, стук двери и сигнализация. Еще один вдох и Даша услышала шаги мужа. Со следующей затяжкой он уже занимал проем и смотрел на нее.
- Нальешь мне?
- Тяжелый день? – спросила девушка, кидая бычок в пепельницу.
- Каждый гребанный раз, - Роман прошел к бару, налил бурбон с стакан и прошел к соседнему креслу.
Даша смотрела, как его губы соприкасаются с поверхностью стекла, а затем дергается кадык. В тот момент она подумала о том, что целовать его ей никогда не было неприятно. Скорее это было неотвратимо притягательно.
- Серьезно?! – бровь мужа поднялась вместе с уголками губ.
- Что?
- Песня стоит на повторе, - рука потянула с пачке сигарет, - ты знаешь это?
И снова щелчок, дым заполнил пространство между ними.
- Разумеется, - в ответ она также приподняла бровь и подняла бокал, - за семейное благополучие.
Роман положил недогоревшую сигарету в хрустальную пепельницу и резко встал, потянув ей руку.
- Чего ты хочешь? – в этот раз ее голос звучал усталым, нежели злым.
- Давай, пошли, потанцуем, - он не стал ждать ее ответа, а просто выхватил бокал из рук и потянул на себя.
Секунду спустя бокал оказался на столе, сильные руки уверенно держали ее за талию. Девушка положила руки ему плечи и притянула к себе, в тот момент ничто не могло ей навредить и причинить боль, ей так не хватало этого в последние месяцы. Поэтому она расслабилась и совершенно не сопротивлялась, когда муж резко закружил ее вокруг своей оси, смех вырвался из ее рта на свободу, а Роман посмотрел на нее голодным взглядом. Резко он припал к ее губам. Это был поцелуй, который вскружил ее голову больше, чем вино, он заставил плавиться ее тело и отчаянно желать большего. Она притянула его голову к себе и потянулась на носочках к его телу.