— Черт возьми! — пробормотал Блейк и, сжав кулаки, быстро вышел из спальни. — Вест приковывал ее цепью к кровати? — спросил он Гетту.
Женщина пожала плечами.
— Меня не касается то, что происходит за закрытыми дверьми. Я уже объяснила, что всего лишь смотрю за домом.
— Но ты должна была помогать присматривать за этой девушкой, — разозлился Блейк, повысив голос.
Гетта нервно сжала руки.
— Ну, хорошо. Джесси, действительно, держали нацепи, но только за одну ногу. Вест никогда не бил ее или что-то в этом роде. Девушку хорошо кормили и содержали в чистоте. Вест даже учил ее читать и покупал детские книжки, чтобы немного развеселить. Джесси прикрепляли цепью, потому что она — рабыня, и мистер Вест опасался, что девушка попытается убежать. Она ему очень нравилась.
— Тогда почему же он собрался продать ее человеку из Джорджии?
— Откуда мне знать? Возможно, она доставляла ему много хлопот, а может быть, Вест просто устал от нее. Всю свою жизнь я была связана с куплей-продажей женщин. А вот какое это имеет отношение к тебе? Она ведь черная. Или тебе нравятся негритянки?
Блейк угрожающе шагнул к женщине, заставив ее отступить назад. Ей даже на секунду показалось, что он хочет ударить ее.
— Мой лучший друг — негр. Он собирался жениться на этой девушке незадолго до того, как Ник Вест купил и увез ее! Я стараюсь вернуть Джесси для него!
— Ну, что ж! Теперь это невозможно: она уехала отсюда. Насколько я знаю Веста, он не назовет имя ее нового хозяина, чтобы у этого человека не было неприятностей.
Блейк с отвращением посмотрел на женщину.
— Я даже ни разу не видел ее, но знаю точно одно: Джесси в десять раз больше женщина, чем ты, отвратительная шлюха.
— Блейк! — в комнату вошел Таккер. — Поехали отсюда.
Блейк сердито посмотрел на Гетту, которая встретила его взгляд с такой же ненавистью, вся дрожа от нанесенного оскорбления.
— Да, убирайтесь отсюда, — разозлилась она. — Убирайтесь отсюда к черту!
Блейк повернулся и быстро вышел из дома. Его сердце разрывалось от боли за Джорджа. Как сказать ему, что Джесси уехала? Было бы легче знать, что она здесь, недалеко, пусть и в руках Ника Веста. По крайней мере, Джордж мог хоть что-то услышать о ней. Теперь же надежда найти Джесси снова исчезла.
Блейк вскочил на своего черного мерина и какое-то время сердито кружил на нем возле дома, ожидая, пока шериф Таккер отвяжет от столба свою лошадь.
— Мне очень жаль, Хастингс.
Блейк с болью подумал о том, что бы он сейчас чувствовал, если бы подобное случилось с Самантой…
— Мне тоже. Только не рассказывай Джорджу о том следе от цепи на кровати.
Таккер кивнул.
— Я ничего не скажу.
Больше всего на свете Блейку хотелось сейчас убить Ника Веста.
— Поехали, — мрачно сказал он, трогая жеребца.
Блейк выехал из-за дома и сразу же заметил Джорджа, который несмотря на мороз стоял в дверях кухни. На его лице появилось выражение ужасного разочарования и безнадежности, когда он понял, что Хастингс возвращается один, без Джесси.
Блейк соскочил с лошади, привязал ее и медленно подошел к дому.
— Я… э… оставил деньги у Таккера, — сказал он, встретив взгляд Джорджа. — Все, кроме своей доли.
— Таккер проследит, чтобы деньги были возвращены их владельцам.
Джордж закрыл глаза и отвернулся. В глазах Саманты Блейк уловил печаль, смешанную с облегчением, что муж, наконец, вернулся целым и невредимым. Тяжело вздохнув, Блейк вошел в дом и закрыл за собой дверь. Но прежде, чем он успел снять куртку, Саманта приникла к нему, на мгновение задержавшись в его сильных объятиях, ощущая знакомый запах кожи и чувствуя себя в полной безопасности. Как бы ей хотелось, чтобы бедной Джесси было так же хорошо.
— Он хотел еще денег? — наконец, спросил Джордж. Блейк нежно отстранил от себя Саманту и снял куртку, которую она тут же взяла у него из рук и повесила на вешалку.
— Веста там не оказалось, Джордж. Он забрал Джесси и уехал в Миссури, — Блейк тяжело вздохнул, водрузив на вешалку свою шляпу. — По словам одного из работников фермы и женщины, присматривающей за домом, Вест собирается отправиться в Джорджию, чтобы продать Джесси какому-то плантатору, с которым познакомился несколько месяцев назад. Никто не знает, кто этот человек, и мы понимаем, что Вест никогда не скажет нам об этом.
Джордж сокрушенно покачал головой.
— Боже мой, — простонал он.