— Жаме был… Ну, он был когда-то женат, но иногда у него появлялись… дружки. Красивые юноши, вроде вашего сына.
Я вдруг понимаю, что он увел меня от двери в темный угол, где сложены кипы сена, и я сижу на одной из них.
— В последний раз, когда я видел его живым, — это было весной, — он упоминал кого-то, живущего неподалеку. Он знал, что я его не осуждаю; да и не слишком-то его это заботило.
Его губы чуть кривятся в полуулыбке. Он принимается раскуривать трубку, без спешки.
— Он питал к нему очень глубокие чувства.
Я поправляю прическу. Несколько прядей выбились из узла, и в проникающем от дверей луче я замечаю несколько седых волос. Приходится считаться с фактами. Я старею, и голова моя полна мыслями, с которыми невозможно смириться. Невозможно смириться с мыслью о том, что я была неспособна осознать происходящее. Невозможно смириться с мыслью о том, что Ангус ненавидел его за это, ибо теперь я понимаю, что он знал. Невозможно смириться с мыслью о беде Фрэнсиса, делающей его особенным, замкнутым, невыносимо одиноким. И невозможно смириться с мыслью, что, встретив его, я не принесла ему утешения.
— О господи. Мне нужно было остаться с ним.
— Вы отважная женщина.
Я едва удерживаюсь от истерического смеха.
— Я глупая женщина.
— Вы прошли весь этот путь ради сына. Хотя терпеть не можете такие приключения. Он это понимает.
— И совершенно без толку. Мы не нашли человека, по следу которого шли.
Паркер не собирается возражать. С минуту он молча курит.
— Стюарт показывал вам шрам?
Я киваю:
— Он говорит, вы сделали это, когда повздорили в пути.
— Не в пути. Уже потом. Я расскажу вам то, что он, возможно, говорить не стал, а вы уж делайте собственные выводы. Стюарт подавал большие надежды. Все говорили, что он далеко пойдет. Он был парень что надо. Как-то зимой у Прозрачного озера он погнал нас в поход к другой фактории. Три сотни миль. Снега навалило три фута, там, где не было сугробов. Погода была ужасная. Никто не ездит посреди зимы без крайней необходимости. Он хотел доказать, что сможет.
— Так это был тот знаменитый поход, о котором рассказывал мистер Муди?
— Знаменитый, но не по тем причинам, о которых он говорил. Вышли мы впятером. Стюарт, еще один служащий Компании, по имени Рей, и семнадцатилетний племянник Рея. Парень не работал в Компании, просто приехал погостить. А еще я и второй проводник, Лоран Жаме… Как я сказал, погода была из рук вон: глубокий снег и метели. Потом стало еще хуже. Началась пурга, но нам повезло наткнуться на хижину в сотнях миль от любого жилья. Снежная буря не прекращалась. Мы ждали, когда она утихнет, но это был один из тех январей, когда мести может недели кряду. У нас заканчивалась провизия. Только спиртного было вдоволь. Мы с Жаме решили идти за помощью. Казалось, это был единственный шанс выжить. Мы сказали трем оставшимся, что вернемся за ними как можно скорее, оставили им всю провизию и отправились в путь. Нам посчастливилось. Через два дня мы набрели на индейскую деревню, затем погода ухудшилась, и еще три дня мы не могли вернуться… Когда мы в конце концов вернулись, там что-то произошло. Стюарт и Рей были пьяны до беспамятства. Мертвый парнишка, задохнувшийся в собственной блевотине, лежал на полу. Они так и не объяснили, что случилось, но я думаю, примерно следующее: Стюарт называл это «удалиться в ореоле славы». Он шутил по этому поводу. Я думаю, что, не дождавшись нас сразу, он сдался. Он решил, что они напьются до смерти. Ему и Рею это не удалось, а мальчик умер.
— Как вы может знать его мысли? — Меня пробирает дрожь. Мальчик был ровесником Фрэнсиса.
— Это вполне в его духе. — В безжизненном голосе Паркера слышится отвращение.
— И что потом? Они его не уволили?
— А в чем его могли обвинить? Просто случилось несчастье. Ошибочное решение. Это уже достаточно плохо. Рей вернулся в Шотландию, Стюарт продолжил службу, а мальчик в земле. Я ушел из Компании. С тех пор я его не видел.
— А шрам?
— Я услышал, как он хулит мальчишку. Говорил, что тот ослаб, запаниковал и хотел умереть. Я был пьян. — Он пожимает плечами, не выказывая ни малейшего сожаления.
Он надолго замолкает. И все-таки я понимаю, что он еще не закончил.
— Еще что-то?
— Да. Пять или шесть лет назад Компании не хватало рабочих рук, так что они привезли людей из Норвегии. Каторжников. Стюарт возглавлял Лосиную факторию, к ним эта группа и поступила. Норвежцев набирали и в Канаде. Вдова из Химмельвангера, та, что ухаживала за вашим сыном, — ее муж был одним из них.