Фэйт покачала головой.
— Что? — спросил он.
— Ты никогда не упоминал при мне о своей семье — я имею в виду не сейчас, а когда мы были помолвлены. Мы собирались пожениться, но ты не говорил мне, что у тебя есть брат и сестра.
— Возможно, это потому что Родерик и Гарриет были почти чужими мне. Я учился в школе и не жил дома, когда родился Родерик. Затем, когда я закончил университет, он уехал учиться в школу.
Неожиданно Джеймс встал, поставил стул на место и подошел к ней.
— Не слишком восхищайся ими, Фэйт, — сказал он. — Помни, это всего лишь временное соглашение.
— Временное соглашение? — Намек на то, что она могла захотеть сделать это соглашение постоянным, надеясь силком женить его на себе, не на шутку рассердил ее. — Ты же не думаешь, что я останусь здесь? Это только все усложнит. Нет. Завтра я поеду поездом в Брайтон, как и планировала.
Он произнес со скучающим видом:
— Хорошо. Оставь мне дневник, и я договорюсь, чтобы его расшифровали.
— Ни за что! — Не выпуская из рук дневник, Фэйт поднялась, чтобы Джеймс не возвышался над ней. — Этот дневник принадлежит мне, и ничто не заставит меня расстаться с ним.
Он приблизился к ней настолько, что они стояли почти нос к носу.
— А теперь послушай меня, Фэйт Макбрайд. Я не для того рисковал своей жизнью, чтобы ты могла спокойно уйти с призом. Я имею право знать, почему кто-то стрелял в меня. Я хочу найти этих негодяев, и дневник — лучшая возможность сделать это. Так как мы поступим, Фэйт? Ты останешься с дневником здесь или уедешь без него в Брайтон?
Она испытывала искушение выйти за дверь, но упоминание о бандитах заставило ее передумать. Перед глазами предстал образ человека с неестественным голосом, следящего за ней на улицах Брайтона. Если даже она столкнется с ним лицом к лицу, она не узнает его. Ведь все, что она видела, — это силуэт в тумане.
Фэйт поступилась своим самолюбием.
— Я останусь, но только до тех пор, пока не расшифрую дневник.
— Хорошо.
Джеймс пожал плечами, словно для него это не имело значения. У двери он обернулся.
— Я бы поцеловал тебя на ночь, но ты не знаешь, когда нужно остановиться, мисс Макбрайд.
— Что?
Дверь закрылась прежде, чем она успела подобрать слова, чтобы уколоть его.
Фэйт заперла дверь и прислонилась к ней. Она так устала, что ее глаза закрывались сами. Возможно, именно поэтому ей было сложно расшифровывать мамин дневник. Когда она подумала об ужасных событиях этого дня, то удивилась, что вообще еще держится на ногах.
Выключив газовую лампу, девушка подошла к кровати и положила бесценный дневник под подушку. Утром она найдет лучшее место, чтобы спрятать его.
Фэйт надеялась, что сразу заснет, но в ее голове мелькали образы Мадлен, Джеймса, леди Коудрей. И еще Египет.
Ее мама была довольно известна в своем кругу, тем не менее, когда она писала о путешествиях, то использовала псевдоним. Было ли это сделано для того, чтобы муж и дочь никогда не нашли ее?
Почему эта выдающаяся женщина бросила своего единственного ребенка? Может быть, в Фэйт было что-то такое, из-за чего она не любила ее? Брошенная сначала своей матерью, затем мужчиной, которого она любила… Была это их вина или ее?
Фэйт стало жалко себя, и она стиснула зубы. Когда она расшифрует дневник, то наверняка поймет, почему Мадлен решила бросить ее. Возможно, были причины, которые сложно попять дочери. Но у нее нет дневника, который помог бы ей понять ход мыслей Джеймса. И не нужно. У нее уже была возможность, теперь все кончено.
Зачем он нашел ее в книжном магазине Притчарда? Это была загадка, которую она не могла разгадать. Зачем он помогает ей?
Ее веки потяжелели, и она уснула.
Джеймс открыл глаза и попытался восстановить дыхание. Ему снилась Фэйт. Она старалась доказать, что была той женщиной, перед которой он не мог устоять. Его тело болело. Он был возбужден.
Барнет потряс головой и сонно улыбнулся. «Беспочвенные мечтания, старый распутник», — сказал он себе, перевернулся на бок, глубоко вздохнул и заставил себя заснуть.
Глава 12
Поскольку следующим днем было воскресенье, жизнь замерла, за исключением поездов и воскресных богослужений. После возвращения с утренней службы каждый нашел себе занятие, чтобы скоротать время. Джеймс пошел на станцию за чемоданом, который он распорядился доставить из Брайтона, а Фэйт удалилась в свою комнату, чтобы написать письмо Лили. О многом нужно было умолчать, и она сделала несколько попыток, прежде чем была удовлетворена написанным. Девушка не могла даже сказать подруге, когда приедет в Брайтон, потому как не знала, что выяснится после того, как она расшифрует мамин дневник.