Бет не знала, что ей предпринять. С одной стороны, она не могла больше позволить себе заниматься делами этих людей, ведь ей нужно завтра уезжать, с другой — она понимала, что Дункан ничего не смыслит в родах.
Расставшись с Сильвией, в доме роженицы появился и Сэмюель. Тряхнув головой, Бет усмехнулась:
— Цирюльник и исправившийся морской разбойник собираются помогать при родах!
Дункан взглянул на девушку, словно предлагая ей разделить с ним его заботы.
— Ну так что из этого? — спросил он с вызовом.
«Ну вот, я опять вынуждена задержаться», — подумала Бет, понимая что из всех присутствующих только она сможет хоть чем-то помочь женщине.
— Хорошо, я останусь, — сказала она Дункану.
Тот едва сдержал ликующую улыбку.
— Так ведь вы же собирались укладываться?
Он явно поддразнивал ее, но Бет решила не обращать на это внимания.
— Успею, вещей у меня немного. Кроме того, я себе не прощу, если судьба этой бедной женщины окажется в ваших руках.
Сэмюель неодобрительно взглянул на Бет: ее слова показались ему оскорбительными. Вскинув голову, он заметил:
— Мисс, я лечил этих людей дольше, чем вы живете на свете.
— В таком случае удивительно, что они все еще живы, — чуть слышно пробормотала Бет, но Дункан услышал ее слова и рассмеялся.
— Идемте скорее, — сказал он. — Не беспокойся, Джеми, все будет хорошо. — И потрепал мальчика по щеке, а Бет подумала: «Как он легко раздает обещания, выполнить которые не в силах!»
Дом, в котором жила семья роженицы, был маленьким, но теплым и уютным. И Бет почувствовала, как у нее защемило сердце от тоски по родным краям. Дом напомнил ей хижины, в которых в Вирджинии жили их негры. Но там они были побелены и стояли друг против друга в два ряда, как пары танцоров. Этот же домик стоял один среди валунов. Его соломенная крыша, пришедшая в ветхость после дождей, печально провисла и нуждалась в срочной починке.
Вопли женщины отвлекли девушку от воспоминаний и заставили сосредоточиться.
— Роды — трудное дело для женщины, — мягко сказала Бет Джеми. — И если она сейчас кричит, то это нормально. — Девушка взглянула в глаза Дункану. Оба они понимали, что эти крики не естественны. При нормальных родах женщины не издают таких жутких воплей. Мать Джеми кричала так, будто бы все демоны ада рвали ее на части.
Муж Инид, плотный коренастый мужчина, метался по комнате, как затравленный зверь. Дункан попытался успокоить его.
— Я здесь, Джон. — И улыбнулся выводку ребятишек, сразу окруживших его. Включая Джеми, их было пятеро. — Когда у Инид начались роды? — спросил Дункан Джона. Тот потер рукой щеку, лоснившуюся от пота.
— Еще до заката. Но она еще никогда так не кричала. Ты же знаешь, как легко у нее появлялись другие. Они выскакивали из нее, как рыбки из воды. — И Джон стиснул руку Дункана. — Ты ей поможешь?
Дункан сжал губы. Он мог только ободрить Инид.
Бет в нетерпении топталась на месте. Может, здесь Дункан и главный, но у нее нет времени ждать, пока он позволит ей действовать. Еще один вопль заставил ее оттолкнуть его в сторону и войти в крошечную спальню, где лежала Инид. Руки у нее от боли были искусаны до крови. Женщина горела, как в огне.
Взглянув на нее, Бет властным голосом приказала:
— Мне нужен таз с горячей водой, а другой — с холодной, чтобы смачивать лоб. — Говоря это, девушка уже закатывала рукава платья выше локтей. Ей было ясно, что всем им предстоит провести здесь долгую ночь.
— У нас только один таз, так что я могу принести или горячую, или холодную воду, — понуро ответил муж Инид.
Дункан сразу же понял, что надо делать, и отправил Сэмюеля в замок за вторым тазом.
Ночь была жаркая и влажная. К тому же в доме из-за большого количества людей воздух стал спертым. Повернувшись к взрослым и детям, Бет приказала:
— А теперь все выходите отсюда. — И махнула рукой, словно прогоняя их прочь.
— Но я же ее муж… — попытался было возразить Джон.
— Знаю, — ласково сказала Бет. — Но я не хочу, чтобы вы путались у меня под ногами. Присмотрите за детьми, успокойте их.
Но вместо того чтобы уйти, Джон, повернувшись, спросил Дункана:
— Кто она такая?
Дункан улыбнулся, хотя обстановка и не располагала к веселью. Он и сам задавал себе этот вопрос прошлым вечером.
— Джейкоб считает, что она богиня, сошедшая на землю, а Сэмюелю она кажется злой феей.
— А что о ней думаешь ты?
— Она женщина, Джон. И готов поклясться, что она непременно поможет твоей Инид. Пошли, — ответил Дункан и, обняв коротышку за широкие плечи, вывел из комнаты.