Не водились ли в этом районе акулы? В прошлом году одна из них напала на ее соседа, когда тот отправился ловить рыбу. В тени корабля Джорджина не могла ничего разглядеть на поверхности воды, а рядом с ней была просто непроницаемая темнота.
Через минуту после мысли об акулах она уже карабкалась по канату вверх, но вскоре остановилась. Ей велели ждать, и не стоило злить Бойда и Дрю, которые так любезно согласились ей помочь. Но ведь и ее руки не были приспособлены к толстому канату. Джорджина почти дотянулась до перил палубы, но тут ее пальцы ослабли. Чувствуя, что сейчас полетит в воду, где, как она теперь была уверена, кишели акулы, женщина рванулась вперед и перевалилась через борт. На палубе стояла дюжина мужчин, готовых приветствовать гостью.
ГЛАВА XXXVI
Стоя в луже воды, поеживаясь от свежего ночного ветра, дувшего вдоль палубы, Джорджина услышала, как чей-то голос с пренебрежением произнес:
– Уж это не старина ли Джордж? Пришел навестить нас, а?
– Конни? – воскликнула Джорджина, когда высокий рыжий мужчина подошел и набросил ей на плечи пальто. – Но… Ты свободен?
– Значит, ты знаешь, что здесь произошло?
– Конечно, я… Но я не понимаю. Ты сам освободился?
– Как только открылся люк. Эти деревенские ребята не очень сообразительны, верно? Было совсем нетрудно поменяться с ними местами.
– О Боже? Но ты ведь не поранил их, правда?
Мужчина нахмурился.
– Не больше, чем было необходимо, чтобы запереть их там, где они держали нас. А что?
– Они собирались освободить всех вас. Вы не дали им возможности объяснить?
– Вообще-то нет, – ответил Конни. – Это твои друзья?
– Просто братья, и все.
Конни усмехнулся, услышав недовольные интонации в голосе Джорджины.
– Никто ничем им не навредил. Генри, приведи тех двух парней, но на этот раз будь с ними повежливее. Итак,
Джордж, не откажешь ли ты мне в любезности сказать, где Джеймс?
– О, это длинная история. Поскольку время сейчас дорого, я все сообщу тебе по дороге на берег.
Конни обратил внимание скорее на несчастный вид собеседницы, чем на ее слова.
– С ним все в порядке, а?
– Конечно… Только небольшие синяки. И еще он нуждается в твоей помощи, чтобы выйти на волю.
– На волю? – К удивлению Джорджины, Конни рассмеялся.
– Это не смешно, мистер Шарп. Его собираются отдать под суд за пиратство, – резко произнесла она, и ее собеседник сразу же заметно разволновался.
– Черт! Я предупреждал его!
– Да, возможно, тебе лучше было сесть на него. Все произошло по его собственной вине, из-за его благородных признаний.
Джорджина стала торопить своего помощника и по дороге на берег рассказала ему всю историю поподробнее. Ее братья временно остались на корабле, в основном из-за их громких возмущений, поэтому Конни мог воспользоваться лошадьми и взял с собой несколько своих людей. Джорджина удостоилась чести скакать на одном коне со своим главным помощником и из страха упасть все продолжала рассказывать о Джеймсе. Конни иногда перебивал ее различного рода междометиями и, наконец, злобно воскликнул:
– Ты все прекрасно сделала, Джордж, но тебе никогда не заставить меня поверить, будто Джеймс Мэлори позволил себя схватить.
– Можешь мне не верить, – ответила Джорджина. – Я ведь лишь вторая половина этого узника.
Джорджина даже не попыталась переубедить Конни; и когда они добрались до ее дома, он так и остался при своем мнении. Она была очень осторожна. Тревога одолела ее настолько, что женщина даже забыла рассказать спутникам о пути к комнате узника, словно опасности в лице бродящих повсюду слуг не существовало вовсе.
Джорджине не хотелось ждать, когда откроется парадная дверь. Она со свечой пробралась через кухню. Джеймс сразу разглядел, кто пришел его освобождать, поскольку женщина держалась немного позади остальных. Но, по ее мнению, он сказал бы то же самое, если бы и знал о ее присутствии.