Невилл лежал на кровати, закинув руки за голову, и пребывал в восхитительно-воздушном состоянии. Казалось, что на него наложили Империус, и в голове не осталось ни единой внятной мысли. Всё заполнило всепоглощающее счастье. Он не помнил, как добрался из библиотеки в спальню, что говорил парням и говорил ли вообще. Ничто было не важно, кроме того, что произошло сегодня в библиотеке. Он целовался с Гермионой Грейнджер. С самой красивой девушкой на факультете. С самой умной девушкой на свете. И, он боялся даже думать об этом, чтобы не спугнуть удачу, — с его девушкой.
Он ещё чуть полежал, поболтал ногой в воздухе, но внутри всё горело и бурлило. Его распирала жажда деятельности. Он отодвинул шторку кровати и тихо обулся. Все спали. Кто-то сопел, кто-то похрапывал, Гарри метался и ворочался. Невилл тихо спустился вниз по лестнице в общую гостиную. Камин тихонько потрескивал. Невилл ещё раз прокрутил в голове воспоминание о Гермионе, сделал пасс палочкой и тихо прошептал:
— Экспекто Патронум!
Из палочки, как бывало и прежде, лился густой белый свет. Только в этот раз он не образовывал бесформенное облако. Свет тёк и тёк, пока не сформировал животное. У многих в ОД получались патронусы. Но далеко не у всех — телесные. Он знал выдру Гермионы, зайца Луны, лошадь Джинни, пса Рона и, конечно, оленя Поттера. А из его палочки появился огромный медведь. Он неторопливо прошёлся по помещению, зевнул, показав внушительные клыки, и стал перед Невиллом, словно ожидая указаний. Сильный и внушительный зверь. От неожиданности Невилл потерял концентрацию и медведь растаял. Он стоял, ошеломлённый и удивлённый. У него впервые вышел телесный патронус, и всё благодаря ей. Его любимой.
Невилл уселся на диван и уставился в пламя. Время замерло. А потом он увидел на одном из столов забытый кем-то пергамент.
«Милая моя Гермиона.
В момент, когда я прикоснулся к совершенству всё замерло. Словно на колдофото, в моей памяти вечно будет прокручиваться наш первый поцелуй: шум марширующего войска в моих ушах, мягкость твоя и трепет, обжигающий холод воздуха, когда оторвался от твоих уст. Я словно попробовал на вкус протею. Её ещё называют бочкой мёда, за количество нектара, содержащегося в ней. Многие считают её самым прекрасным цветком на земле. Я же думаю, что ни один цветок никогда не сможет сравниться с тобой по красоте. Хотя, когда-нибудь, я бы хотел показать тебе орхидею белой цапли. Каждый её цветок похож на снежно-белую птицу, распахнувшую крылья. Я потратил на её выращивание три года и море магии. И теперь она цветёт и в наших широтах. Пока я не приступал к изучению её полезных свойств, возможно когда-нибудь, напишу работу на эту тему, а ты создашь на её основе новое зелье? Хотя, это скорее не к тебе, а близнецам Уизли. И они обязательно сделают из неё какую-нибудь глупость или гадость!
Я несу чушь? Верно. Сильно волнуюсь. Нервничаю.
А как иначе? Если сегодня произошло то, чего я больше всего боялся и чего жаждал со всей страстью. Теперь сама Гермиона знает о моих чувствах. Чувствую себя Поттером, сразившимся с драконом. Конечно, дракон не ты, а сама ситуация.
Мерлин, что я несу?! Кажется, я где-то растерял весь свой талант и красноречие.
Гермиона, да я так давно брежу тобой, так давно безысходно страдаю, что уже и забыл, как это — жить без Гермионы Грейнджер. Мои придуманные и нафантазированные миры, в которых ты рядом со мной, настолько велики и обширны, что вполне могли бы сформировать целую альтернативную вселенную. Сегодня мой реальный мир рухнул и перевернулся с ног на голову! Гермиона, милая моя Гермиона! Какое счастье, что ты есть на свете. На том свете, на котором живу и я. Это невероятное чудо и счастье быть с тобой.
Я отправляюсь спать и мечтаю о том, чтобы завтра всё это не оказалось лишь моей фантазией, жарким бредом уставшего сознания.
Спокойной ночи мне и доброго тебе утра.
Твой Сирано»
Невилл свернул письмо, подписал и зачаровал простым заклятием на одного адресата, чтобы никто другой не смог его отрыть, и отлевитировал послание ко входной двери комнат девочек, после чего, наконец, окрылённый, отправился спать.
***
Гермионе очень повезло с её привычкой вставать раньше всех. Иначе кто-то другой мог бы найти послание от Невилла. И пускай письмо не смогли бы открыть, но сплетен о том, что у Гермионы Грейнджер новый поклонник, было бы не избежать. Гермиона спала отлично. Хотя вечером успела пройти все стадии мозгоедства. Стартовала она с: «Боже, что я наделала?!», а закончила на: «И что с того?!». Потом решила поступать как Скарлетт, и оставить всю ситуацию до утра. Что в целом со всем этим делать, она так и не решила. Хотя и хотелось срочно всё бросить, припереть Невилла к стенке и выпытать всё по его к ней отношение.