Я уже спалилась или ещё нет?
Что делать, если Олег попросит показать телефон?
— Привет, дочь, — обращение, которое отчим использует редко, больно режет лезвием по сердцу. Мне нельзя забывать, что я его обманываю. Осознанно. Бессовестно.
— Добрый вечер, Лолита Александровна, — за отчимом здоровается и Борис.
— Ты машину не вызвала? — Меня спрашивает Яровей, и я быстро делаю вывод, что пока я шла, пялясь в мобильный, они меня обсуждали.
— Меня подвез Артур. С ним же можно без сопровождения? — Выдерживаю внимательный взгляд и получаю кивок.
— С ним всё можно.
Неоднозначно однозначный ответ отзывается гулом в ушах. С ним всё можно, но я не хочу.
Расправив плечи, меняю тему:
— А Марк на каком-то задании? Я несколько раз звонила, он трубку не брал.
Мужчина переглядываются. Улыбаются друг другу еле-еле. Я чувствую себя странно: глупой и совсем не в теме.
Нужно было не болтать, а бежать в спальню. Закрыться и забыть.
С незнакомым Русланом в замкнутом пространстве номера мне было намного комфортней, чем с отчимом на пороге нашего общего безопасного дома.
— Можешь пока не звонить на этот номер. — Борис произносит, возвращаясь ко мне вполне серьезным взглядом. — Я дам тебе другой. Будешь связываться с одной из дежурных машин.
— Почему?
— Потому что Марка я уволил, Лолита. Телефон он сдал.
Холодею. Задаю очевидно лишний вопрос:
— За что?
В глазах отчима читаю: ты сама все прекрасно знаешь. И он прав. Я знаю, за что.
— Тебе не нужен надзиратель, а мне — лишний рот.
Олег не произносит это агрессивно, но меня даже немного тошнит.
Кивнув, я не спорю и больше ничего не спрашиваю.
— Спокойной ночи.
Развернувшись, дергаю на себя ручку высокой двери.
Я все поняла, п-папа. Ты пошел на уступку, но не забыл наказать за своенравность.
Глава 21
Лолита
Пусть люди вокруг считают меня легкомысленной мажоркой, совесть из-за увольнения Марка заедает. Ответственность ложится камнем на душу.
Я не связывала свою просьбу дать больше свободы с перспективой потерять работу для человека, который прилагал максимум усилий, чтобы мой надзор был щадящим.
Из наших пусть не частых, но душевных разговоров, я знаю, что Марк дорожил своим местом. Яровей щедро платил, а теперь…
Я могла бы провести неделю до следующей встречи с Русланом в сладком предвкушении, но вместо этого съедаю себя по кускам.
Найти адрес Марка было непросто. Пришлось восстанавливать чуть ли не каждое сказанное мне слово, включать хитрость. Жульничать. Это входит в привычку и я в ней совершенствуюсь.
Новому водителю даже не уточняю, зачем мне в парк. Он и не спрашивает. Всё, как мы договорились с Олегом.
Я провожаю машину взглядом и спешу через главную аллею к противоположному выходу. Позвонив в домофон нужного дома, долго жду ответа. Услышав искаженное динамиком: «кто», теряю на секунду дар речи.
Прокашлявшись, подаюсь вперед:
— Это я, Марк. Лолита. Можешь спуститься?
Где-то полминуты он молчит. Я убеждаю себя, что не обижусь, если откажет, но, вздохнув, мой уже бывший водитель произносит:
— Поднимайтесь, Лолита Александровна. Седьмой этаж.
— Спасибо.
Марк встречает меня на лестничной клетке. Я привыкла, что он всегда в костюме, а сейчас — обезоруживающе домашний в широких штанах в серо-синюю клетку, темной футболке. Тапочках…
— Добрый день, Марк. — Здороваюсь и опускаю взгляд. Неловко. И на ты уже, наверное, неуместно.
Он нахмурен, но не зол.
— Добрый день, Лолита Александровна. Почему вы тут? Что-то случилось?
Заставляю себя посмотреть в лицо и принять последствия своих действий. Жить с грузом ответственности — в принципе одна из главных граней свободы.
— Я хочу извиниться. Это из-за меня тебя уволили. Я знаю, что тебе нужна была эта работа, и я совсем не хотела, чтобы вот так…
— Я вас не виню, Лолита Александровна.
— Давай на ты. И просто Лолита. Какая я Александровна?
Марк долго смотрит, потом вздыхает и кивает.
Я слышу, что за дверью квартиры работает телевизор — мультики какие-то. Играют дети.
— Сложно будет, Лолита Александровна. Но я постараюсь, — Марк обещает, я улыбаюсь в ответ.
На самом деле, долго держать его не хочу. Просто извиниться и помочь, а потом отпустить обратно к семье.
Сделав решительный шаг, достаю из сумочки конверт и протягиваю.
— Это тебе. Я точно не знаю, какой у тебя был оклад, но тут пять тысяч долларов. Должно хватить на первое время. Пока ты найдешь работу…