Он уже так много раз делал. Я ему всегда позволяла. Я летела в пропасть на доверии. Дура. Идиотка. Тоже предательница.
— Не дури, — он то ли просит, то ли угрожает. На таком расстоянии лучше видно полутона, которые растекаются по ярким голубым радужкам. Ты злишься? Да на что? Бесишься? Отлично…
— У нас был договор. Ты со мной честен. Иначе…
— Ты нихуя не знаешь про жизнь, Лола. Тебе удобно нихуя про нее не знать.
Его очевидно правдивые слова сбивают спесь.
Вместо того, чтобы спорить, смотрю в глаза, не моргая. Слабый цыпленок внутри просит: скажи ещё. Скажи так, чтобы я поверила. Хотя бы что-то…
Я пытаюсь выкрутить запястья, Руслан держит крепко.
— Мои дела тебя не касаются. — Произносит сухо.
— А что касается? Я тебе нужна чисто, чтобы хуй послушно принимать?
Мужское лицо каменеет. Скулы напрягаются и становятся угрожающе-выраженными.
Серый волк впервые сегодня такой. Может быть, впервые со мной настоящий.
Цепкие глаза спускаются по лицу вниз. Обжигают шею. Я четко ловлю момент, когда Руслан щурится, всматриваясь.
Отпустив руки, четким движением сжимает собачку на кофте и ведет вниз по молнии. Отводит воротник в сторону и пальцем с нажимом трет по рисунку.
В моей голове этот момент рисовался иначе, а в реальности сощуренный взгляд взлетает вверх. Он злой и растерянный. Снова вниз. В глаза.
— Это что?
— Уже не твое дело, — я выплевываю с удовольствием. Кадык на шее Руслана дергается.
— Я же сказал не делать.
— А мне всё равно, что ты сказал, обманщик.
Он выжигает глазами дотла и, мне кажется, как зверь сейчас бросится.
— У меня никогда не было проблем с тем, чтобы найти, кого выдрать, Лолита. Ты сама это понимаешь.
Запоздалый ответ накрывает неожиданной волной возмущение. Глушит и заставляет подавиться чувствами.
Я дергаюсь и снова толкаю.
Пячусь на несколько шагов, смотрю вокруг. Хочу уйти. Сейчас кажется — раз и навсегда.
Руслан не дает. Его тоже качает. Мы уже сказали и сделали достаточно, чтобы расстаться, но вместо этого он тянет на себя и неожиданно обнимает. А я с задержкой понимаю, что на моих глазах — слезы.
И слишком поздно, что с ним нет смысла соревноваться в умении въебать посильнее. У него всё равно получится больнее.
Мне стыдно из-за того, как сильно дрожу.
Пытаюсь дышать через нос. Но с ног сбивает тоска из-за того, как близко его свитер. Кожа. Запах.
Губы вжимаются в мой висок. Глаза щиплет.
В мире звериной похоти я ощущаю нежность.
— Прости. — Он извиняется, сжимая меня сильно.
За что извиняется, не знаю. За ложь. За боль. За страх.
Я, кажется, пищу, а не требую:
— Это слишком. Я так не хочу. Я больше не приеду. Это всё…
Искренне верю своим же словам в моменте, но нелогично остаюсь в объятьях, которые становятся крепче.
Он знает, что я сама его не обниму, поэтому сжимает мои кисти и забрасывает себе на шею. Я позволяю задеревеневшим пальцам заново его трогать.
Самое ужасное, наверное, что он такой же. Ничего не изменилось. И мои чувства тоже.
Просто… Он прав. Мне легче было не знать. Реальность сложна настолько, что дыхание сбивается.
— Если они узнают, что мы с тобой… Всем будет плохо. Всем. — Облачаю в сбивчивые слова то, чего правда боюсь. — Олег не прощает предателей.
Голос звучит сдавлено. Висок все так же жжет дыхание.
Губы прижимаются и соскальзывают:
— Мне похуй, что прощает Олег. В наши дела я его не приглашаю. А ты?
Глава 28
Лолита
Я просыпаюсь плавно, без кортизоловых всплесков и внутренних толчков. Не открывая глаза, прислушиваюсь к звукам в спальне.
Не моей. Домой я вчера не поехала. Осталась… Знать бы ещё, зачем.
Руслан дышит ровно, а я не знаю: готова оглянуться или нет.
Спать в одной постели — это доверие или тоже ложь?
Не знаю, когда уехал Расул. Ему дал отмашку Руслан или он сам понял, что ждать меня смысла нет.
А я когда это поняла?
Волоски на руках поднимаются, когда вспоминаю, как обретала новый опыт взаимодействия с его сложными эмоциями.
Голова по-прежнему набита страхами, будто стеклом. Я по-прежнему не знаю, что дальше делать. Знаю, что он не хочет так просто отпускать.
Наш негласный договор сбоит. Я попыталась порвать, он не дал.
На счет три открываю глаза. В комнате ещё темно. Блэкаут-шторы задернуты.
В любой другой день я вот сейчас доверилась бы чутью Руслана. Мне пофиг сколько времени, пусть он думает о безопасности и последствиях. Но сейчас я больше не чувствую себя рядом с ним настолько надежно.