Достав из кармана ключи, которые Руслан дал мне в первую ночь в этой квартире, кручу их воздухе и кладу на край кровати.
Сквозь сдавленное горло проталкиваю:
— С Эдом надо заканчивать.
Не считываю на лице Незнакомца ни злости, ни боли. Мой взгляд по ровному носу спускается к губам.
Вместо уговоров, с них слетает вроде бы такое логичное:
— Тоже верно.
Глава 31
Лолита
Он пришел на мероприятие Яровея, как и обещал. Но не один, а с телкой. С какой-то до черта красивой телкой, вырвав мое ревнивое сердце с корнем.
В ушах гул. В груди фарш, но я спокойно изучаю их пару, держась за локоть Артура.
Между нами с его избранницей нет ничего общего. Ну или я не вижу сходства. Разный цвет волос — она брюнетка, я блондинка. У нее грудь больше. Она старше, но это не минус.
От нее исходит секс, а от меня, боюсь, бессильная агрессия.
— Лол, шампанского взять тебе? — Артур вроде бы ненавязчиво скользит костяшками по моему плечу. А меня дрожь пробирает до костей. Резко опуская взгляд и киваю.
— Да. Возьми, пожалуйста, — хочу напиться.
Если бы между нами не было ничего из того, что пережевало меня и выплюнуло, я бы сказала, что Руслан со спутницей — красивая пара.
Но я не настолько просветленная.
Взяв небольшую паузу, снова смотрю на них. Руслан здоровается с присутствующими, улыбаясь и пожимая многочисленные руки.
Он стал своим так просто и так быстро…
Моя интуиция срабатывает за секунду до того, как кожу обожжет уже его взгляд. Увожу глаза и прилагаю все усилия, чтобы дышать ровно. Вдох, Лола, и выдох. Вдох… И выдох.
Те пять секунд, что он жжет мою щеку и скатывается по шее в декольте, растягиваются в вечность.
Артур возвращается с улыбкой и бокалом. Осушаю со святой верой, что это поможет, но спиртное ещё ни разу не погасило огонь.
— Олег с Викой на высоте. Как всегда, — Артур хвалит моих родителей и продолжает при любой возможности возобновить телесный контакт со мной. Поправляет волосы, заправляя за ухо, на которое сегодня я не смогла надеть кафу с цыпленком. Поправляет бретельку, невзначай задевая отдающий болью рисунок на ключице.
Я уже жалею, что набила. Это же всю жизнь придется объяснять, а еще вспоминать. Помнить — это самое ужасное.
Обвожу взглядом огромный зал, и убеждаюсь, что происходящее напоминаем мне бал лицемерия. Не только нашего с Русланом. А всех.
Сегодня вечером условное добро совсем не против потанцевать с не слишком-то скрывающимся лютым злом в роскошных декорациях.
Почти так же сильно, как маму, Олег любит оперу. И сегодня городской оперный театр превращен в сцену для демонстрации его власти, силы, вкуса.
Среди приглашенных — чиновники и преступники. Успешные бизнесмены и старые друзья-неудачники. Женщины в лучших бриллиантах, хвастаются создавшими идеальные углы Джоли инновационными нитями и собственными детьми.
Огни потолочных люстр отражаются зеркалах и бликуют на золоте и мраморе. Белые лилии вдоль колонн пахнут удушливо. Стоишь рядом — в висках ломит, но всё равно раз за разом втягиваешь сладкий запах. Может я делаю это, потому что имею врожденную склонность к мазохизму, не знаю.
Но по ощущениям это очень похоже с тем, как сильно тянет снова смотреть на Руслана с другой.
Здание оцеплено охраной, которая не пожалеет ни назойливых журналистов, ни случайных зевак. В зале расслабленно и шумно. Гости улыбаются, но, бывает, натыкаешься на блуждающие взгляды. Я убеждаюсь, что не только во мне сидит тревога.
Все мы тут что-то скрываем, чего-то боимся. Не можем дышать полной грудью. Особенно ночами.
Голоса сливаются в восторженные овации, когда в зал даже не заходит, а вплывает приглашенная Яровеем за баснословные деньги певица с золотым голосом. Сопрано, если не ошибаюсь.
Я… Не сильна в этом.
Но пока все увлечены ею, я пользуюсь возможностью и снова смотрю на Руслана. Волна первого отчаянья схлынула и я кажусь себе в моменте хладнокровно-равнодушной. Меня вроде как не уничтожает вид его разрисованной чернилами руки на чужой тонкой талии.
Соприкосновение бедер. Смешение запахов, ни один из которых я не чувствую.
И не хочу. Сейчас кажется, что затошнит сильнее, чем от сладких лилий.