Я тоже написала желание и быстро подожгла его, стараясь не светить им перед Джозефом.
Когда последние хлопья пепла попали в мой бокал, Джозеф снова расплылся в улыбке и подошёл почти вплотную ко мне.
От такого неожиданного действия у меня моментально сбилось дыхание.
- Джозеф?
- Хочу отдать дань уважения сегодняшнему дню, - нежно пробормотал мужчина напротив.
Казалось он вот вот коснется меня губами, но это не более чем блеф.
- Сегодня я встретил вас, Юрия. Надеюсь мы с вами сработаемся. Потому, тост за плодотворную работу, ради исполнения мечты!
Я смущенно кивнула и приподняла бокал, чтобы чокнуться.
- За знакомство, плодотворную работу и исполнение мечты, - повторила я и едва наши бокалы издали волшебный звон, как Йен попросил нас отойти подальше и зажёг огромный фейерверк.
Я опустошила бокал, кривясь от неприятного послевкусия на языке и посмотрела в сторону города. На главной площади уже запустили фейерверки. Красиво.
Когда первая искра взмыла в небо, оставляя за собой тонкий, едва слышный свист, Джозеф взял меня за руку и поднял глаза к небу. Взрыв прогремел над головами, рассыпавшись в ослепительные золотые искры, напоминающие дождь из света. Следом в небо поднялись новые залпы — красные, зелёные, серебристые. Их вспышки радостно озаряли наши лица, отражаясь искорками в глазах. Гулкий свист каждого выстрела отзывался эхом в груди и пробивал на эмоции, заполняя душу светом и радостью. Запах сгоревшего пороха наполнил воздух, а глаза налились слезами. Мысли невольно вернули меня в детство, а образы стали отчетливей. Мама. Папа. Братик. Бабушка с дедушкой. Наши совместные праздники. Совместные посиделки. Я так по ним скучаю.
Последний залп был самым уникальным — сразу несколько огненных шаров взорвались одновременно, окатив нас ярким светом и окрасив небо в самые волшебные цвета.
Никогда не видела ничего настолько прекрасного.
Опустив голову, я почувствовала головокружение и под неугомонный грохот фейерверков, доносившийся с города, рухнула в объятия Джо.
Перед глазами стало совсем мутно.
- С новым годом, Юрия Ланс.
Этот нежный шепот, последнее что я услышала.
Глава 3.
Я проснулась ближе к обеду следующего дня в теплой, просторной комнате. Огромные окна были завершены плотными серыми шторами и едва пропускали свет. Голова раскалывалась от боли, во рту ощущалась ужасная сухость и по прежнему мерзкое кислое послевкусие, тело покалывало от неизвестной боли, будто я спала между брёвен.
Я откинула край одеяла и стиснув зубы встала с кровати.
- Вот глупая, - бормотала я, понимая насколько сильно попала. Я ведь с самого начала поняла, что, что то не так. Все шло слишком хорошо.
Этот человек точно что-то подсыпал мне в бокал.
- Когда он успел? Когда говорил тост? Или когда передал мне бокал?
Я попыталась подняться на ноги, но тело по прежнему болезненно отзывалось на каждое движение. Чем меня вообще опоили?
Осмотревшись, я поняла, что эту комнату выделили мне для работы.
Рабочий стол стоял прямо у прозрачной стены, за которой как на ладони располагалась комната Джозефа.
Значит он хотел, чтобы я писала о нем, ведя свои наблюдения?
В этом есть смысл, если мы хотим детально описать его неординарную натуру и раскрыть ее со всех сторон. Однако … Все это попахивает уголовщиной. Мне наверняка не позволят уйти до тех пор, пока не закончу. И позволят ли вообще?
Кроме стола у стены, в комнате стоял большой, дорогущий шкаф, прикроватная тумбочка и туалетный столик такого же темного цвета как и прочая мебель. В целом уютно, максимально просто, но в то же время отталкивающе.
Как только мои ноги коснулись пола, я почувствовала как теплый ворсистый коврик нежно коснулся стоп.
- Прямо как Джозеф, - ухмыльнулась я и потерла лоб ладонью. С виду невинный и безобидный, а на деле не так прост как кажется.
Кстати о тепле. Этот человек однозначно не любит холод. В отличие от моей квартиры, в доме Джозефа отопление работает в усиленном режиме.
Я потянула себя за шиворот, понимая, что начала потеть и только сейчас поняла, что на мне чужая одежда.
Черная атласная пижама с белыми манжетами. Я наспех глянула себе в штаны и с облегчением выдохнула, осознав, что белье принадлежит мне. Значит он не трогал меня. Наверняка и переодевал не сам.
Я устало прошлась по незнакомой комнате и наконец обнаружила хоть что то знакомое. Черную, объемную сумку совершенно не вписывающуюся в общий интерьер. Неужели она настолько уродливая? Ее бережно повесили на стул возле туалетного столика. В ней должен быть мой ноутбук, зарядка, бумажник с айди картой, косметичка и старенький телефон.