Джозеф схватился за голову и отвёл взгляд к полу. Он кажется пытался что то понять, щурился, дрожал. Мышцы на его лице раз за разом подрагивали, словно от боли и разочарования. Это состояние, сводящее с ума своей необъяснимостью, продолжалось несколько секунд, навевая дикий ужас. Когда я собиралась встать и потянулась рукой к бортику ванной для опоры, его лицо резко сверкнуло в мою сторону и суровый взгляд едва не поглотил меня целиком.
- Д-джозеф …
- Со – фи, - прохрипел он и предпринял попытку в очередной раз прикоснуться ко мне.
Несмотря на сковывающий меня страх, я нашла в себе силы оттолкнуть его и голышом помчалась к выходу. К моему удивлению, дверь была не заперта, потому я просто вылетела из комнаты, в надежде найти укромное место, чтобы переждать этот ужас. Мысли о побеге были бессмысленны.
В этом доме много комнат. Я приметила одну из них, расположенную поближе к лестнице и пулей помчалась в ее сторону, по пути судорожно оборачиваясь не заметил ли меня Джозеф.
Во время очередного такого поворота, я почувствовала, как кто то резко схватил меня сзади и рывком прижал к себе, прикрыв рот ладонью.
Я даже не успела вскрикнуть.
В следующую секунду, меня затащили в какую то комнату и заперли дверь изнутри.
Миловидный паренёк, с которым мы познакомились накануне, держал палец у рта и вслушивался в шаги за дверью.
Когда он убедился, что все хорошо, он смущённо просунул руку в шкаф и достал для меня халат.
- Вы очень холодная. Можете заболеть, - пробормотал он и отвёл взгляд, заботливо предлагая одеться.
- Йен?
- Я не могу предложить вам чай прямо сейчас, но вы можете переконтоваться в моей комнате, пока мистер Браун не придет в себя.
- Не придет в себя? Что это значит?
Я поспешно надела теплый синий халат и накинула капюшон на голову.
- Он чем то болен?
- По мне так он псих, - отрезал Йен и скрестил руки на груди.
- Значит он псих? Эта его улыбка с самого начала показалась мне подозрительной.
- Улыбка чередуется с полным отчуждением и ледяным, безразличным взглядом. Перепады бывают не так часто, но что то явно на них влияет.
- Стресс? Алкоголь? – я попыталась понять, что же с ним, однако Йен снова приложил палец к губам и прошел к двери.
- Он будет бродить несколько часов. Пока посидите у меня.
- Спасибо …
- Вы успели позавтракать, мисс Ланс?
- Просто Юрия.
- Правила господина нельзя нарушать, - сурово пробормотал Йен и прислонился затылком к стене, тяжело вздыхая и поглаживая ладонью волосы, пытаясь успокоиться. Для меня вы, мисс Ланс, потому …
- Пока он не рядом, ты можешь называть меня так, - поторопилась я и покраснела, вспомнив как он тащил меня голую.
Такое со мной впервые. Я была так напугана, а помощь пришла откуда не ждали.
- Я понял.
- И да. Я не поела, - добавила я, чтобы разрядить обстановку.
Следующие несколько часов, мы с Йеном просидели в его комнате. Он предложил мне конфету и усадил меня на кровать. Несмотря на его суровое и холодное лицо, он оказался весьма добрым и заботливым человеком. Он рассказывал не так много, но его рассказы все больше и больше погружали меня в ужас.
- Раз уж вы попали в этот дом и оказались в том же положении что и я, то имеете право знать предысторию, - бормотал он, сидя рядом со мной. Эту истории рассказал мне дворецкий. Я не застал не одного описываемого им события, потому не могу сказать насколько они правдивы и сколько в них лжи.
Когда то давно, мистер Браун встречался с какой то Софи и сильно страдал от ревности и тревоги.
- Что же его тревожило?
Я сильнее закуталась в одеяло и спрятала под ним холодные ноги.
- По словам дворецкого, девушка была первой любовью Джозефа и занимала все его мысли, даже во время сна. Он буквально болел ею. Я не знаю когда они решили съехаться, но та комната, в которой вы живёте сейчас, принадлежала именно Софи. Между двумя комнатами стеклянная стена, потому они могли видеть друг друга и наблюдать за тем, кто и чем занят.
- Разве в этом есть смысл? В его комнате двуспальная кровать они могли бы спать вместе и делить одну комнату, как пара.
- Все так и было, однако вскоре после переезда Софи, пара начала ссориться. Софи была возмущена поведением Джозефа и не желала повиноваться его неадекватным требованиям и необоснованым обвинениям.