Мое сердце пропустило болезненный удар. Я взяла Вина за руку и крепко сжала, давая понять, что я рядом и готова оказать ему поддержку.
Что со мной происходит? Почему я продолжаю слушать? Неужели пытаюсь найти ему оправдание? Человеку совершившему по факту тоже самое, что и сводные братья. Неужели так он транслирует свою ненависть. Но почему именно к женщинам? Почему он не мстит мужчинам? Неужели в этом виновата его мать?
- Мне было пятнадцать, когда четверо братьев оставили меня дома с отчимом, - продолжил Вин и снова поправил волосы. Он тогда работал в своем кабинете и приглядывал за мной, боясь, что я выкинуть какую-нибудь глупость. Помнится я тогда захотел в туалет, а он последовал за мной, желая проверить не выкину ли я чего, однако в итоге не сдержался и сделал то же самое, что и его поганые отродья.
- Неужели твоей маме было плевать?
- Ага. Так и было.
- Я рассказал ей как меня трахали четверо братьев, рассказал, о том, что ее муж тоже в этом участвовал, однако она просто роняла слезы и твердила мне «прости». Это не было адресовано мне. Она говорила «прости» потому, что ничем не могла мне помочь. Этой бабе было страшно потерять все, на что она насосала, потому она просто говорила мне прости. «Прости, но я ничего не могу с этим сделать». Ха! Я говорил ей, что равнодушие это тоже насилие. Это тоже преступление, а она лишь плакала и пыталась оправдать себя.
- Господи...
- Когда мне было шестнадцать, я поступил в колледж и снял кровать в общежитии. Я воровал деньги у братьев и копил их на черный день. Это очень меня выручало. Тогда же я возобновил общение с Джозефом и ждал его приезда как подарка свыше. Если до этого мы общались раз в пол года, то теперь, он мог приезжать ко мне раз в несколько месяцев и проводить со мной выходные.
- Тебя оставили в покое?
- Ахах. Я ведь такой красивый. Разве это возможно?
- Верно ...
- Меня долго преследовали младшие братья. Забирали с занятий, похищали с подработки и трахали ночи напролет. После них я не мог даже ходить. Кроме этих ненавистных встреч, они писали мне сообщения, запрещали встречаться с девушками и угрожали, что убьют если узнают что я продаю свою дырку. Мерзкие выродки!
- Однажды, желая сделать мне сюрприз, на пороге общежития появился Джозеф с пакетом продуктов. Он увидел на мне синяки и едва не взвыл от ужаса. Он и раньше видел меня побитым, но теперь, я выглядел гораздо хуже чем обычно. Он отвёл меня в отель, в котором остановился, купил восемь банок пива и мы с ним пили всю ночь. Пили и делились откровениями. Я рассказал ему свою историю и впервые ощутил заботу и тепло. Он искренне за меня переживал. Искренне плакал и обнимал меня, приговаривая, что все это его вина. Много лет назад он сам попросил отца остаться с ним, так как знал что мать его не признает, потому и думал, что виноват во всех грехах. Он все ещё не может себя простить. Всё ещё считает себя виноватым и беспокоится обо мне. Он как то сказал мне: - «Я знал, что ты гораздо слабее меня, но все равно позволил тебе уйти. Я знал что вам тяжело но закрывал на это глаза, думая, что зря волнуюсь. Я так виноват перед тобой». «Если бы я уехал с мамой, я бы не позволил им надругаться над собой, ведь я гораздо сильнее».
- И он прав. Он гораздо сильнее меня. Он бы сделал все возможное чтобы не допустить подобного.
Может поэтому Джозеф закрывает глаза на все, что творит его брат? Считает что виноват? Корит себя за просьбу 23 летней давности?
- Брат считал, что мама тратит деньги с умом и заботится обо мне. Она ведь всегда проявляла ко мне больше заботы, чем к Джо. Однако внешние проявления оказались ошибочными, даже для меня самого. Я был глуп и слеп, потому и позволил себе сломаться.
- Почему ты поступаешь так с другими? Ты ведь лучше всех остальных понимаешь как это мерзко и бесчеловечно.
- Все девушки, побывавшие в этом доме, были моими возлюбленными.
- Что? Но как ты мог так с ними поступить?
- Со временем, они все становились похожи на мою мать. Хаха. Я неосознанно выбирал женщин с ее прототипом, а после все так же разочаровывался.
- Ты делал с ними тоже самое что и со мной?
- Поначалу я был очень заботлив, добр, обходителен и даже мил, однако их постоянно что то не устраивало.
- Что ты имеешь в виду?
- Мое желание стать единственным для них, желание постоянно быть рядом и заботиться, желание делиться переживаниями и трудностями, обладать ими когда пожелаю и навеки присвоить, не позволяя никому больше покушаться на мое. Кроме того, мне хотелось чтобы все было взаимно.
- Каких же сказок ты начитался, Вин Райдер?
- Хахах.
Я посмотрела на него, понимая всех этих женщин, но ничего не сказала.