— Дэвид… — Голос Роды: затягивающий его обратно в реальность. Внезапно он почувствовал себя очень холодным, очень усталым и очень мокрым.
— Слушай, — сказал он ей, — хочешь помочь? Иди в холл и скажи женщине за стойкой вызвать полицию.
— Ты правда думаешь, что нам нужна полиция? Это же просто человек…
— А что ещё ты предлагаешь мне сделать? Хватит спорить, милая, и иди.
— Я… идти в холл…?
— Да! — сказал он, хлопнув в ладоши. Его глаза были яростными. — Да, да!
Начав плакать, Рода развернулась и поспешила через парковку в сторону холла мотеля.
Рядом с Дэвидом материализовалась группа мужчин, и некоторые из них начинали обходить машину по кругу. Время от времени они присаживались, чтобы заглянуть внутрь, как старики, читающие мелкий шрифт у газетного киоска. Один из мужчин запахнул пальто от дождя и не спеша прошёл вокруг капота машины, его глаза не отрывались от человека за рулём. Идущий вразвалочку мужчина был низким, заметно полным, с лицом красным, как бубновый туз. На ходу он жевал свою пухлую нижнюю губу, его коренастое отражение искажалось в лобовом стекле «Маверика». Дэвид узнал в этом мужчине одного из картёжников из бара мотеля.
— Знаете этого парня? — сказал картёжник, дёрнув головой в сторону незваного гостя.
Дэвид покачал головой. — Я просто нашёл его здесь.
— Что с ним такое?
— Не знаю.
— Ваши ключи, — сказал картёжник, переводя внимание на связку ключей, болтающуюся на дверце машины. — Застряли?
— Думаю, да, — сказал Дэвид.
— Чёртова безумная штука, — задумчиво произнёс картёжник. Он повернулся к одному из своих компаньонов, мужчине, который мог быть его братом. — Та ещё хренотень, а, Джои?
Другой мужчина присвистнул и постучал двумя пальцами по капоту «Маверика». — Похоже на то, — сказал Джои.
Дэвид не мог отвести глаз от незнакомца за рулём. Если бы только этот мерзавец поднял взгляд, проявил какое-то признание — что угодно, чтобы показать, что он хотя бы понимает путаницу, которую устроил. Но нет: только пустой взгляд. Половина его черт была скрыта тенями; другая половина окрашена оранжевым от натриевых ламп и испещрена тенями дождевых капель на лобовом стекле.
«Посмотри на меня, сукин ты сын, — внушал Дэвид мужчине. — Хотя бы посмотри на меня».
Рода вернулась через несколько минут с крошечной индианкой на хвосте. Женщина, похожая на тролля и завёрнутая в непрозрачный дождевик, начала тарабарить, как только подошла к машине, тон её голоса безусловно обвинительный. Её тёмные, мышиные глаза метались от постояльца к постояльцу, пока наконец не остановились на Дэвиде Грэхеме. Она начала выкрикивать на него непонятицу.
«Боже, — подумал он, — пристрелите меня уже».
— Я вызвала копов, Дэвид, — сказала Рода. Её зубы стучали, а лицо было белым, как непропечённый хлеб.
— Копов, — сказал мужчина, стоявший под навесом бара. Это был бармен. Всё это чёртово дело превратилось в уличную вечеринку. — Вы про шерифа Лондау. Что вы ему сказали, мэм?
Дрожа, Рода сказала: — Что в нашей машине сидит какой-то человек.
Бармен усмехнулся. — Я лучше сам ему перезвоню за вас, — сказал он. — Здесь маленький городок. Если только кого-то не убивают, Бобби Лондау расслабляется по полной. И, как вы можете представить, убийств у нас тут не так много.
— Что он имеет в виду — убийства, Дэвид? — сказала Рода у его локтя.
— Нам не нужен этот чёртов деревенский шериф, — сказал картёжник. Он теперь подался вперёд на носках, заглядывая прямо через лобовое стекло на незваного гостя. За ним стоял пианист из бара, небрежно докуривая сигарету. — Выглядит как болезненный сукин сын там внутри. Я говорю, надо отжать окно ломом и вытащить мерзавца наружу.
Несколько мужчин зааплодировали.
— Нет, — сказал Дэвид. — Ни в коем случае. Мы не будем разбивать мою машину. Подождём копов.
— Сделаем одно из окон, — продолжил картёжник, — просто чтобы кто-то мог залезть и достать его…
— Нет.
Картёжник пожал плечами, хотя выражение его лица говорило о личном недовольстве. Он всё ещё пожирал свою губу. — Как скажете, приятель.
— А что насчёт выкурить его? — предложил кто-то. Дэвид обернулся и увидел маленького, худого, как огородное чучело, человека в кепке «Флорида Марлинс», стоящего со скрещёнными костлявыми руками на груди. Дождь струился по обеим сторонам козырька кепки двумя водопадами.
— Выкурить его чем? — сказал картёжник.
Фанат «Марлинс» только покачал головой. — Не знаю. Если бы машина работала, можно было заглушить выхлопную трубу, заполнить машину выхлопными газами…