— Ну, иди сюда, моя хорошая! Давай вместе сорвем минуту блаженства.
Вирджиния оттолкнула незадачливого кавалера.
— Не смейте прикасаться ко мне! У меня предубеждение против столь тесных контактов с людьми, которых я не знаю! И всего хорошего, капитан Рилл! Я очень занята!
Холодность девушки не остудила, однако, пыла капитана. Такой афронт его не обескуражил, а только больше подзадорил.
— Черт возьми! Да вы девушка с крутым характером! — восхищенно воскликнул он. — Я всегда не любил слишком податливых женщин. С такими иметь дело — сплошная скука! Немного строптивости у хорошенькой женщины — это все равно что горчица к мясу!
— Никакое я вам не мясо! И не горчица! — запальчиво ответила обозленная Вирджиния.
Она сделала шаг назад, пытаясь уклониться от дальнейших преследований капитана Рилла, но не тут-то было! В два счета он настиг ее и снова попытался обнять.
— Оставьте меня в покое! — почти закричала девушка, и в этот момент дверь в библиотеку снова отворилась.
Капитан мгновенно отскочил.
При одной мысли, что кто-то мог стать свидетелем такой безобразной сцены, краска хлынула ей в лицо. Кажется, Маркус Рилл тоже был смущен неожиданным вторжением третьего лица, тем более что этим третьим лицом оказалась сама леди Шельмадина. Ее вид не оставлял сомнений касательно того, что именно она подумала об увиденном.
— Так вот ты где, Маркус! А я тебя повсюду ищу! Добрый день, мисс Лангхольм! Трудитесь как пчелка! С утра до вечера! На рассвете с герцогом развлекаетесь в лугах, днем с капитаном Риллом в библиотеке… Впрочем, американским девушкам нет нужды волноваться за свою репутацию! Ведь, насколько мне известно, у вас, в Америке, и общества-то приличного нет!
— О да, конечно! — охотно подтвердила Вирджиния. — Только краснокожие и миллионеры!
— Кажется, вы не подпадаете ни под одну из этих категорий, не так ли? — леди Шельмадина окинула ее презрительным взглядом. — Хочу заметить, что у нас в Англии есть довольно грубое слово, которым мы называем тех девушек, которые сами вешаются мужчинам на шею.
Вирджиния сделала глубокий вдох, стараясь не давать волю своим чувствам, понимая, что надменная аристократка просто провоцирует ее на скандал. Глаза ее вспыхнули недобрым блеском. Решительно вскинув подбородок, девушка отчетливо и громко ответила на этот вызов:
— Что ж удивляться английским девушкам, если английские замужние женщины сплошь и рядом подают им такой неблаговидный пример?
Капитан Рилл тихонько фыркнул, и сразу же повисла свинцовая тишина.
— Первый раунд за ней, Шельмадина! — наконец сказал Рилл тоном заправского судьи. — Признайся, дорогая, у этой девчонки настоящий бойцовский характер!
— Меня не интересует, Маркус, какой у этой мисс характер! — злобно выкрикнула ему в ответ зеленоглазая красавица. — Гораздо больше меня волнует в данный момент другое: почему мисс Лангхольм так и не усвоила до сих пор, где ее место. Пока ей не указали на это открыто! По-моему, самое время проинформировать герцогиню о ее возмутительном поведении! — С этими словами Шельмадина круто развернулась и направилась к выходу, шурша своими многочисленными шелковыми юбками. Во всей ее элегантной позе чувствовались непримиримость и решимость исполнить угрозу сию же минуту. Капитан Рилл поплелся за ней, бросая на ходу пламенные взгляды на девушку. У самой двери он не удержался и махнул ей рукой в знак восхищения ее победой.
Вирджиния сделала вид, что не заметила этого дружеского жеста, но когда она осталась одна, то дала волю смеху. А ведь Маркус Рилл оказался абсолютно прав! У нее действительно настоящий характер, просто раньше она и сама не подозревала об этом. Как бы то ни было, а она осталась довольна собой.
Но уже в следующую минуту ей стало не по себе. А что если леди Шельмадина и в самом деле осуществит свою угрозу и пожалуется на нее герцогине? И тогда ей предложат покинуть замок еще до того, как она успеет сделать все, что было задумано. К тому же приходилось признаться самой себе, что ее интересовал уже не столько замок и его славная история, сколько герцог, его нынешний хозяин. Этот странный человек, за которого она вышла замуж и который не переставал удивлять ее противоречивостью и таинственностью своей натуры. То он общительный и добрый, то злой, мелочный и жадный. Непонятно все это! Конечно же, он ей противен и омерзителен. Но так хочется встретиться с ним еще раз!
Остаток дня прошел спокойно. Никто больше не потревожил ее в библиотеке, и она спокойно просидела там до самого ужина.