Улыбка исчезает с ее лица, и я обеспокоенно пытаюсь понять, что сделала не так.
— Прости, я не хотела тебя как-то обидеть, — пытаюсь загладить вину, хотя с трудом понимаю, что сделала не так.
Она качает головой и снова улыбается, но в ее глазах по-прежнему слишком много грусти. Ох, за что ей все это?
— Хочешь, я покажу тебе свой дом? — Она кивает, приподнимая брови, излучая любопытство.
Достаю телефон, быстро пролистывая кучу фотографий, которые ей не стоило бы видеть — комнаты в доме Ханта, ее фото. Нахожу фотографию мамы и показываю Дженнифер.
— Вот, смотри, это моя мама. Она живет в Атланте. — Смотрю на фото мамы, которая уже наверняка считает часы до моего приезда. — Она очень ждет моего возвращения домой, но знаешь, я хотела бы остаться здесь. Мне очень понравился Вашингтон. И люди, с которыми я здесь познакомилась.
Девочки подъезжает к прикроватной тумбочке, достает альбомные листы бумаги и протягивает их мне. Прекрасные рисунки, которые заслуживают высокой похвалы. Пейзажи, портреты незнакомых мне людей. Это настолько красиво, что на мгновение мне кажется, их образы оживают, настолько они реальны.
Дженнифер достает последний лист из всей стопки и протягивает мне. Портрет Эрика. Красивого, молодого, амбициозного. Таким, каким его привыкли видеть окружающие. Правда взгляд совсем иной — теплый, полный любви, нежности, самых светлых чувств.
— У тебя талант, Дженнифер. Как красиво, — говорю я, испытывая восторг от увиденного. Девочка складывает все бумаги в ящик, но оставляет лишь один альбомный лист — Эрика. — Это…для меня?
Она кивает, и от неожиданности я резко вздыхаю. Боже, я не могу это принять.
— Ты уверена, что хочешь мне его подарить? — Она снова уверенно кивает и тянется за своим блокнотом, начиная что-то увлеченно писать. Передает его мне, чтобы я могла прочесть. — Ты хочешь нарисовать и мой портрет?
От удивления сижу в полной растерянности, не зная, как быть. Если бы она знала все правду обо мне, то не была бы со мной так приветлива.
— Я не знаю. Раньше я в таком не участвовала, — взволнованно говорю ей, но она делает еще более жалостливое лицо, и внутри меня все сжимается. — Но думаю, можно попробовать. Я согласна.
Спустя несколько часов смотрю на еще черновой вариант и в очередной раз восхищаюсь тому, насколько талантлива эта девочка. Думаю, ее ждет большое будущее, и Эрику стоит присмотреться к ее увлечению.
Дженнифер радостно складывает карандаши, глядя на свою работу. Она довольна, даже слишком. Похоже, она действительно нашла свою стихию. Так же, как и я, уже давно мечтаю о больших заголовках и разгромных статьях, которые будут публиковать газеты. Правильно ли я все делаю? Почему-то этот вопрос до сих пор не дает мне покоя.
— А Эрик знает, что ты так прекрасно рисуешь? — спрашиваю у нее, заметив, как за окном уже давно стемнело, но Ханта все еще нет.
Дженнифер качает головой. Значит, он не знает!
— Дженнифер, он будет счастлив узнать, что ты создаешь такие волшебные работы. Расскажи ему, — говорю ей, и она начинает нервничать, отведя взгляд в сторону. — Я обещаю, что ничего ему не скажу. Это должна сделать ты. Не бойся, он будет только рад.
Девочка складывает мой портрет в ящик, пряча его под стопкой бумаг. Почему она так боится ему рассказать? Я уверена, он не будет злиться.
— Ты настоящий ангел, Дженнифер, — еще раз говорю ей, чтобы она чувствовала мою поддержку. — Самый настоящий ангел.
Обнимаю ее, еще раз благодарю за то, что она поделилась со мной своим маленьким секретом. Чувствую, как она приглаживает рукой мои волосы. Слабые касания хрупких ладошек…ее грустные улыбки….все это заставляет снова задуматься. Могу ли я рассказать о тебе, Дженнифер? Могу ли я предать вас с Эриком? Но как же моя работа? Впрочем, это ведь то, ради чего я и затеяла всю эту игру? Ведь так?
— Добрый вечер, — услышав бархатный голос Эрика, резко отстраняюсь от девочки, глядя в сторону двери. Как давно он наблюдает за нами? Слышал ли он наш разговор?
Он улыбается нам обеим. От такого взгляда тепло разливается по телу, душа наполняется счастьем. Да, именно счастьем. Становится так спокойно, так хорошо. Словно я дома, словно нет никаких проблем. Нет ничего, что может причинить всем нам боль.
— Я вас оставлю, — говорю им обоим, выходя из комнаты, но Эрик успевает остановить меня, прежде, чем я успеваю уйти.
— Ты не поужинаешь с нами? — Он все еще держит меня за руку. Пальцы нежно касаются ладони. Его глаза искрятся. Разве можно ему отказать, когда он так смотрит?
— С удовольствием.
— Мы присоединимся к тебе через пять минут. Дождись нас, пожалуйста. Ладно?
— Конечно, Эрик. Это ведь твой дом. Я всего лишь гостья. Не могу ослушаться хозяина.
За ужином внимательно наблюдаю за Эриком и Дженнифер. Неужели, она так никогда не заговорит? Мне кажется, ее голос такой же ангельский, как и она сама. Как же жаль, что судьба этой милой девочки началась так трагично.
Так странно быть частью их мира, зная, что именно я его и разрушу. Хочу ли я этого? Мое сердце противиться этому. Могу ли я все бросить…но что тогда будет со мной? С моей карьерой?
После ужина отправляюсь в свою комнату, пока Эрик разговаривает с кем-то по телефону. Еще раз разбираю чемодан, чтобы сложить нормально вещи, которые я в спешке собирала у Кэсси. Нахожу среди них ту самую черную маску, с которой и началось мое знакомство с Эриком. Тогда я и представить себе не могла, как далеко все это зайдет. Одна ночь и ничего больше. Кто бы мог подумать, что случайности в моей жизни далеко не случайны.
— Ты не занята? — Быстро прячу маску, пока Эрик закрывает за собой дверь. Может быть, мне стоило ему рассказать, что это я та самая незнакомка?
— Нет. Нужно было проверить, все ли на месте, — говорю ему, застегивая чемодан.
— Во сколько твой рейс?
— В шесть вечера. Не волнуйся, утром я уеду, чтобы не беспокоить вас еще и весь завтрашний день.
Эрик отставляет мой чемодан в сторону, садится на пол рядом со мной.
— Я бы хотел проводить тебя, но не знаю, получится ли у меня.
— Тебе не нужно меня провожать, — говорю ему, хотя признаюсь, мне приятно, что он об этом заговорил. Возможно, я больше никогда его не увижу, поэтому хотелось бы запомнить его именно таким. Добрым, открытым, заботливым. — Я справлюсь сама.
— Уверена?
— Да, уверена. Пора возвращаться домой, — вздыхаю, произнося эти слова. Снова университет, снова мама со своими нравоучениями, снова Билли, который опять будет бегать за мной по пятам. Все станет прежним.
— Знаешь, Грейс, — начинает он, — ты — первая, кому доверился. Первая, кому я показал свою жизнь, какая она есть. Без прикрас. Я трачу большие деньги на лечение Дженни и все равно не теряю надежду, что когда-нибудь она снова сделает шаг. Сама.
— Таких, как ты, мало, Эрик. Я рада, что мне посчастливилось познакомиться с тобой. Ты удивительный человек. Спасибо тебе за то, что открылся мне. Я очень это ценю.
Прижимаюсь к нему, утопая в нежности его объятий. Как же мне хорошо, когда он рядом. Прикрываю глаза, зная, что он все равно будет рядом. Ну почему…почему мы не познакомились иначе? Хотя…разве, это что-то бы изменило?