Сергей захлопнул люк, в бессильной злобе стукнул по нему кулаком.
"Ну, Вадик! Ну, удружил, начальничек, - сквозь зубы процедил Сергей и сел наземь. - Теперь-то уж они точно обречены. Если бы хоть работал гравитатор!.. Его поле на несколько часов сдержало бы натиск плавильщиков. Авось успела бы подмога..."
Посидев немного, Сергей встал, тяжело зашагал к тамбуру. В вездеходе скинул шлем скафандра и молча сел в кресло водителя. Он думал, как лучше сообщить Вадиму, что по его милости им суждено сегодня ночью погибнуть. Сказать безразличным тоном, словно ничего не случилось? Или дать выход злости, наорать? А может, врезать ему по шее как следует? Сергей криво усмехнулся, представив, что будет, если он и в самом деле ударит Вадима. Вадим наверняка сочтет его психом. Интересно, даст ли он сдачи? Вряд ли. Вадим не из таких, кто дает сдачи. Он наверняка прочтет нужную лекцию о том, что рукоприкладство - это жуткий рецидив нашего далекого животного прошлого и что оно несовместимо с моралью нашего коммунистического общества.
Сергей посмотрел на Вадима. Тот с бледным лицом изучал карту.
- Что новенького обнаружил? - поинтересовался механик-водитель с плохо скрываемым раздражением в голосе.
- Ты знаешь, где мы находимся? - вопросом на вопрос ответил Вадим. Голос его дрожал.
- Скажи. Узнаю.
- Здесь на прошлой неделе погибла группа Громова.
Внутри у Сергея неприятно похолодело от такого совпадения.
- Что?.. Именно на этом месте? - спросил он немного охрипшим голосом.
- Да.
- Но... - Сергей помнил видеозапись, снятую спасателями, которую на следующее утро после трагедии транслировали на все периферийные станции. Нотам была какая-то расщелина...
- Она за скалой. В сотне метров от нас.
Посидели минуты две молча. Потом Сергей предложил неуверенно:
- Давай сходим, посмотрим.
- Зачем? - испуганно спросил Вадим.
- Так... просто. Хочу своими глазами увидеть, как будет выглядеть наш вездеход завтра утром.
Вадим сглотнул и задышал тяжело.
- Ты хочешь сказать, что у нас... безнадежно?
Сергей кивнул:
- Полотна гусеницы нет. И мотор-колеса тоже.
- Как нет? - глаза Вадима округлились. - Почему?
- Оторвало, когда врезались в скалу. А может, позже...
- А запасные... - Вадим не договорил, наскочив на холодный взгляд Сергея. - Какой же я дурак! Но я же хотел как лучше... Жалко было бросать образцы. Не знал, что такое может случиться!
Сергей протяжно вздохнул и положил свою тяжелую руку на плечо Вадиму.
- Чего теперь... Собирайся. Не плохо бы найти вездеход Громова. Может, у них уцелела хоть одна гусеница.
Вездеход группы Громова они увидели сразу, как только вышли к краю каменной трещины. Плато разверзлось под ним на секунду-другую, и вездеход успел провалиться метра на два. Но тут щель попыталась захлопнуться. До конца ей это не удалось, помешал сверхпрочный корпус вездехода...
- У них тоже отлетела антенна гравитатора, - мрачно проговорил Вадим.
- Конструкторы недоработали. Впрочем, у серийных вездеходов гравитаторов не было вообще. Их уже здесь начали устанавливать. Кто же мог знать заранее, что попадется планета с бешеным гравиполем.
Постояли молча, потом геолог спросил:
- Что будем делать?
- Я спущусь, а ты подстрахуешь.
Сергей пристегнул карабин троса к поясу, уменьшил индивидуальным гравитатором свой вес до минимума и плавно спрыгнул вниз.
В броне вездехода зияло чернотой оплавленное отверстие - след посещения плавильщиков. Эти бестелесные твари каким-то непонятным образом могли размягчать любой сверхпрочный сплав до жидкого состояния. Делали это молниеносно и без всякого нагревания. Просто металл в точке контакта с плавильщиком вдруг становился жидким и под воздействием давления воздуха кабины с огромной силой выплевывался наружу, в безвоздушное пространство. В открывшуюся брешь облакообразные плавильщики бросались всей стаей... После их посещения в вездеходах, станциях, лишившихся почему-либо защитного поля, всюду, где только что были люди, находили пустые скафандры. Внутри скафандров лежала одежда исчезнувших космонавтов, порой еще хранившая тепло и запах тел. Исчезали и все металлические детали скафандров.
Сергей лишил себя веса полностью и, хватаясь за выступающие части вездехода, стал осторожно перебираться под его днище, чтобы осмотреть ходовую часть.
Обе гусеницы уцелели, но к левой невозможно было подобраться. Зато правую, хоть с огромным трудом, выполняя над пропастью расщелины немыслимые акробатические этюды, Сергей все же сумел демонтировать. Вспотевший и уставший механик-водитель обвязал страховочным тросом полотно гусеницы и мотор-колесо с ведущей звездочкой, прикрепил к ним запасной миниатюрный антигравитатор и легко подкинул всю связку вверх. Ставшие невесомыми, траки и мотор-колесо взлетели ввысь как воздушные шарики.
- Не зевай! - крикнул Сергей геологу.
Вадим подтащил связку к себе и вернул ей вес.
"Ну, вот, а ты боялся! Полдела сделано", - довольно подумал Сергей, перебираясь из-под брюха вездехода на его крышу. Отдав концы страховочного пояса, он двигался крайне осторожно - в любой момент гравиполе планеты могло выкинуть какую-нибудь штуку.
Взобравшись на купол вездехода, Сергей хотел уже оттолкнуться и всплыть на поверхность, как вдруг заметил нечто такое, от чего глаза полезли на лоб, а волосы встали дыбом.
Рваное, оплавленное отверстие в корпусе вездехода, проделанное плавильщиками и еще двадцать минут назад зиявшее жуткой чернотой, теперь поблескивало серебряной лужицей! Кто-то аккуратно залепил его металлопластом!
Сергей не считал себя трусом, но сейчас необъяснимый и необузданный страх сковал мышцы и парализовал мозг. В опустевшей разом голове затравленно металась одинокая мысль: "В вездеходе кто-то есть! Кто-то чужой!"