Виринея со светлой улыбкой оглядела собравшихся. Окружающее её сияние постепенно гасло. Магда знала - оно никуда не делось, даже усилилось, просто разглядеть его сможет разве что вампир... возможно, только сменив облик. Сила белой магии, видимая окружающим светлым сиянием, увеличивалась от совершённым волшебником добрых дел и слабела от бездействия. Зла белые волшебники в принципе не способны были совершить... или, возможно, они никогда не признавали свои поступки злом...
Магда покосилась на алтарь. Вампир с него исчез. Сбежал, наверное, воспользовавшись всеобщим замешательством. Пусть бежит. Теперь он был безопасен. Безопасен и... обречён. Останки зарезанного козлёнка оставались. Ими распорядится лес... по своему усмотрению. Люди, держащие круг, постепенно расслаблялись, начинали двигаться, нарушая прежний порядок. Нежданная гостья уже не казалась сверхъестественным существом. Магда не успела никого предупредить, да и могла ли она признаться, кого притащила на ведьминский обряд? Один из крестьян подобрался и шлёпнул волшебницу пониже пояса. Виринея резко обернулась. Волосы хлестнули мужчину по лицу. Магда тяжело вздохнула. Ну, конечно, Креб. Кто ещё-то... Стало очень тихо, когда Виринея устремила на обидчика тяжёлый гневный взгляд. Она смотрела так разъярённо, что самый воздух перед ней, казалось, был раскалён добела. У Креба подогнулись колени. Виринея смерила его взглядом, а после чуть приподняла подол своего одеяния и легонько пнула мужчину в причинное место. Магда могла бы поклясться, что носок её туфельки слабо светился. Раздался болезненный вой, Креб, прижав руки к животу, повалился наземь.
- Ты наказан, - холодно произнесла волшебница. - Отныне и до конца жизни ты не сможешь вожделеть никого, кроме собственной жены.
- Но... ваша милость... - взмолилась Эрма, сестра несчастного охотника до чужих женщин. Её тёзка, жена священника, осталась дома, даже не зная о проводимом обряде. - Брат не женат! Как же...
- Так пусть женится, - равнодушно посоветовала волшебница. Она подняла руки к небу и её снова залило белое сияние. Собравшиеся поневоле заслонили глаза, а когда открыли - волшебницы уже не было. Женщины опустились на колени, шепча слова молитвы. Теперь, небось, разговоров будет, что ведьма смогла призвать... угадать бы, на кого они подумают...
- Что это было? - тихо спросил ведьму подошедший к ней Йаган.
- Белая магия, - вздохнула Магда. - Ему ещё повезло.
- Повезло?
- А ты думаешь, какую жену вчера искал чёрный волшебник? - вместо ответа спросила Магда. Чёрная магия, в отличие от белой, усиливалась от той обиды, которую волшебник испытывал к миру. Поэтому все выпускники Чёрной башни славились очень дурным характером. - Лонгин бы всю деревню спалил, если бы Виринея пожаловалась. Ты знаешь... неси вино. Будем праздновать.
После обряда полагалось выпить простого вина, а последней чашей непременно хорошего. После него люди не вспомнят, как выберутся из леса и доберутся до дома. Наутро эта ночь покажется им сном.
Виноградарь кивнул и пошёл за вторым бурдюком. Ведьма успокоилась. В этой части праздника от неё уже ничего не требовалось.
- Зря, - сообщил ей знахарь, бесцеремонно дёрнув девушку за рукав. - Я надеялся свои травы проверить на вампире.
То есть зря отпустили вампира, догадалась ведьма. Видимо, затем он и пришёл на обряд, раньше-то никогда не являлся. Она принюхалась. Запах того кошмарного букета ещё чувствовался от одежды и волос знахаря, но не в полную силу.
- Где ж ты травы бы взял прямо во время обряда?
- А я рядом припрятал заранее, - отозвался Исвар.
- ЧТО?! Откуда ты...
- Я давно это место нашёл, - пояснил знахарь. - Алтарь посреди чащи, со следами крови, иногда и кости оставались. Сразу понятно.
И лес его пропустил... Магда не могла понять, молить ли ей о наказании святотатца или поклониться благословенному. Найти место, лежащее в стороне от дорог и тропинок, место, ревниво укрываемое самой природой... на это её разумения не хватало.
- Я тебе так могу сказать, что подействовали бы, - наконец ответила ведьма. - Думаешь, почему Липп позавчера ушёл из кабака а на следующий день будто бы похмельем маялся? У вампиров не бывает похмелья. Он просто схитрил, чтобы не нюхать твоего "букета".
- Это догадки, - нетерпеливо отозвался знахарь. - Я хотел выяснить доподлинно.
На самом деле Магда говорила совершенно точно, потому что вчера решившая прогуляться в деревню Вейма вернулась в совершенно ужасном состоянии, с распухшим носом, слезящимися глазами, почти ослепшая и на чём свет стоит ругала "этого деревенского алхимика". Но объяснять этого ведьма не стала.
- Лови сам, - предложила она и повернулась, потому что её опять дёргали за рукав.
- Маглейн! - возмущённо позвали её, и девушка сперва не поняла даже, к кому так обращаются. В те времена, когда она носила уменьшительное имя, её звали иначе. - Ты соображаешь, что натворила?!
Виль-батрак.
Ведьма посмотрела на него и внезапно ей стало ясно, почему его никто никогда не замечал, даже собака. Прозревшие дали ему бесценный для таких как он дар - незаметность. Его можно было увидеть только если он сам того хотел, но... прикосновение белой волшебницы, одетой как в броню в свою сияющую магию, развеяло этот дар с той же лёгкостью, с какой солнце разгоняет ночную тьму.
- Предупредил бы заранее, - огрызнулась Магда. Всё, теперь ей конец. На первой же встрече общины её не просто убьют, её будут убивать медленно и мучительно. Может, сам Виль и убьёт, среди ведьм палачей не было. Впрочем, была участь и похуже этой.
- Не твоего ума дело, - отозвался батрак и непотребно выругался.
- Ночь ещё не закончилась и луна ещё полная, - не выдержала Магда. - Не пытайся меня задеть.
- И не думал даже, - отмахнулся Виль-батрак. - Удружила ты мне, Маглейн, дальше некуда.
К ним подошёл Йаган с полной чашей. Магда с благодарностью отпила вино. Не то, хорошее, но и простое вино с виноградника Йагана было самым лучшем, наверное, во всей стране. Пилось оно легко и как-то само собой утешало все горести. Ведьма сделала ещё один глоток. Утешение ей понадобится.
Примечания
Свободные искусства - круг учебных дисциплин, освоение которого предшествует освоению наук - медицины, богословия, юриспруденции. В число свободных искусств входит тривиум - грамматика, логика, риторика и квадривиум - арифметика, геометрия, музыка, астрономия.
Барон - здесь обобщённое название феодала, у которого в вассалитете есть другие феодалы, то есть в союз баронов входят как дворяне, носящие баронский (самый низший) титул, так как графы и марграфы.
Шателен - управляющий замком феодала в его отсутствие. Чаще всего принадлежал к низшим ступеням благородного сословия.
Дюк - то же самое, что и герцог. Здесь: верховный правитель.
Барон - здесь - дворянин, носящий низший титул среди высшего дворянства. Бароны могут быть сюзеренами как простых крестьян, так и рыцарей и даже целых городов, владеют обширными землями.
Подпасок - мальчик, помогающий пастуху.
Фенрих - то же, что и знаменщик или прапорщик, только в войске барона. Самый низший командный чин в бою.
Пользовать - то же, что и лечить; приносить пользу. Не путать с "пользоваться" или "использовать".
Хлебный горшок с густым супом - старинное блюдо, при котором из хлеба вынута почти вся мякоть и в образовавшуюся полость налит суп.
Тавлея - расчерченная доска для игры. Креб и Риг играют в игру, родственную нардам, где от броска костей зависит, на сколько ходов игрок может передвинуть фишки. Игра требует как логики и расчёта, так и слепой удачи.
Почечуй - неприличная болезнь, поражающая как мужчин, так и женщин, возникает по разным причинам, как от безделья, так и от тяжёлой работы.