– Ты обманул не только ее, но и меня, – смотря на лиса, произнес ассасин. – Нам та уродливая дверь вообще была не нужна.
– Дорогой мой, ты точно хочешь обсудить что-либо именно здесь и сейчас? – недвусмысленно спросил лис.
Выдержав паузу, Ухэл оценивающе посмотрел на Джуту, затем перевел взгляд на наемницу. Этот подлец уже обвел часть команды вокруг пальца и вновь обманул одну из самых опасных женщин в княжестве. И его заодно. Зачем этот сукин сын хотел, чтобы она попала в ту комнату? Сейчас воительница больше напоминала груду слипшегося металла, чем человека. Очевидно, следующим станет сам ассасин, чего он, безусловно, не допустит.
Ничего не ответив, Ухэл сел у противоположной от наемницы стены. Повисла тишина, и лишь глухие, протяжные стоны доносились сквозь стены, словно далекие стенания людей в пыточной. Убийца посмотрел вперед, затем перевел взгляд сначала на Ирэн, затем на Джуту. В этом гиблом месте времени терять было нельзя, и оставаться здесь ему не хотелось. Жаль, что без этого скользкого ублюдка пройти не получится. Как быстро то, что произошло с воительницей, станет для них проблемой? Положив руки на пояс, чтобы быстрее достать клинки в случае чего, он закрыл глаза, пытаясь тоже хоть немного отдохнуть.
Лис довольно потер ладони и улыбнулся сам себе. Сделав глоток из крохотного бутылька с припаркой, повышающей бдительность во сне, он сладко задремал.
Разомкнув веки, он хотел только одного – поспать еще. С трудом заставив себя встать, Джута размял шею и осмотрелся. Ухэл уже не спал, тихо пожевывая что-то из своих припасов. Зато Ирэн еще не проснулась. Местами торчащие волосы на ее голове слиплись, а новая броня, казалось, стала еще плотнее прилегать к телу. Вид ее вызывал противоречивые чувства, будто перед ним не человек, а нечто, притворяющееся им. И всё же Джута подошел и разбудил наемницу.
Вдохнув полной грудью, Ирэн закашлялась, как если бы наглоталась воды. Веки с трудом разомкнулись, будто слиплись от какой-то слизи. Всё тело ныло от тягучей боли и усталости. Рядом лис что-то говорил, но все его слова растворялись в беззвучной дымке. С каждой секундой жажда становилась всё более невыносимой, тело словно выжали досуха. Оттолкнув Джуту сильнее, чем того хотела, наемница начала рыться в своих вещах в поисках воды. Присосавшись к бурдюку, она едва смогла себя остановить, чтобы не высосать всё без остатка. Жажда лишь слегка отступила. Она повернула голову к Джуте – где-то далеко в подсознании кричала ненависть, но в данный момент перед собой она видела лишь жалкого недочеловека.
– Видела бы ты сейчас свою рожу, – выдохнул лис.
– Заткнись, – скривилась Ирэн.
– Приношу свои глубочайшие извинения, – протянул Джута с присущей ему картинной надменностью и отошел.
Наемница выглядела совсем неважно, пусть он точно не знал, какой должен был быть эффект, но это не могло не настораживать. Стараясь не выдавать своего беспокойства, лис, мыча какую-то им самим выдуманную мелодию, подошел к своей сумке и начал шарить в поисках припарки, пока наконец не нашел нужную. Жидкость внутри нее была фиолетово-зеленого цвета, с крутящимися завихрениями. Он еще раз глянул на воительницу, затем на припарку и тяжело вздохнул, в мыслях проклиная Искателей, что не предупредили его обо всём заранее.
– Сделай глоток, – нехотя сказал он ей, – но только один!
Ирэн не шелохнулась, уставившись на лиса, представляя, как его голова отделяется от тела.
– Дорогая моя, я понимаю, что не вино из Империи предлагаю, но давай-ка пей, золотце.
– Уйди, – холодно сказала она.
Только сейчас наемница сообразила, что лицо ее было открыто, и никакой шлем не сжимал голову тисками. Ухэл настороженно наблюдал за ними. Боль волной прокатилась по телу, и Ирэн стошнило.
– Вот видишь, – вздохнул лис, – пей давай, пока кишки свои не выплюнула или еще чего похуже.
Наемница взглянула на склянку, кривясь от боли. Умирать вот так не хотелось, но и принимать помощь от него – если это вообще была она – тем более.
– Слушай, нам еще долго идти, так что не препирайся. Эта штучка наверняка тебе поможет, уверяю тебя.
Ирэн усмехнулась в ответ.
– «Уверяю тебя». Какой же ты чертов ублюдок.
– Это, безусловно, несколько обидно. Выпей этой великолепной припарки. Я, между прочим, ради твоего жалкого самочувствия жертвую самым ценным!
– «Самым ценным», – повторила Ирэн, слабо усмехнувшись.
В стороне от них Ухэл продолжал тихо наблюдать.
Новая боль пронзила тело наемницы копьем, у которого затем растопырились скрытые шипы и начали крутиться внутри нее. Сопротивляясь и с трудом дыша, Ирэн едва не потеряла сознание – терпеть это было почти невозможно.