– Эта штука, – мауфаэсса кивнул на устройство на правом запястье ищейки, – адаптировалась к твоему, скажем так, миропониманию. Однако оно даже и близко не дало тебе всю полноту знаний.
Переведя взгляд с иероглифов, Камо посмотрел на Тейфа и качнул головой, как бы мирясь со своим поражением. Слабая надежда вспыхнула и тут же погасла. Наконец до него дошло, что даже с этими знаниями он не понимает, куда идти, ищейка всё же решился спросить:
– И как во всём этом я должен разобраться? – глухо спросил Камо, указав на свою голову.
Тейф вздохнул прежде, чем ответить.
– Тебе нужен двигатель, – он сделал паузу, – по крайней мере, я так предполагаю. Если же нужно что-то другое, то просто поищи, карта у тебя есть, – эльф подмигнул ему.
– Двигатель, – повторил Камо. – И для чего он?
– Думаю, придешь и сам всё увидишь. К чему портить сюрпризы?
– Сюрпризы в этом месте смерти подобны, – ответил ищейка.
– Ну, тут не поспоришь, но ты ведь знал, на что шел? – Тейф оторвал взгляд от светящихся символов и посмотрел Камо в глаза. – Будь честен, я ведь тебе и так помог и, если ты еще не понял, не в моих интересах, чтобы этот Артефакт достался кому-либо.
Понимание того, что Камо лишь игрушка в руках Тейфа, вновь неприятно кольнуло.
– Ты хочешь отвлечь на меня внимание того скелета?
Тейф слегка качнул головой в ответ на вопрос.
– Что, если он не купится? Может, ему вообще не нужны знания, которые ты здесь добыл? Или тот гигант погониться не за мной, а за тобой? Об этом ты явно не подумал, – раздосадованно сказал ищейка.
– Конечно же обо всём этом я подумал. Но так или иначе, наличие, пусть и призрачного, отвлекающего маневра куда лучше, чем отсутствие оного. Не так ли?
Ищейка заскрежетал зубами.
– К тому же, – эльф вновь посмотрел ему в глаза, – разве не тебе нужен был Артефакт?
К раздражению Камо, Тейф был прав: и в том, что использует его как приманку, и в том, что ему нужен Артефакт больше, чем то, что пытается добыть эльф. Возможно, это лишь очередная манипуляция, и когда Камо, добыв Артефакт, поднимется наружу, его ждет какой-нибудь неприятный сюрприз. Он провел ладонью по лицу, потянулся к бурдюку и сделал глоток – осталась всего пара капель. Разговоры теперь не помогут, нужно двигаться, пока либо тот скелет, либо наемники, встреченные им ранее, не опередили его. Наружу вырвался невольный смешок. Вся эта ситуация походила на абсурд или даже выходила за его рамки.
– Что смотришь? В добрый путь, – эльф хлопнул его по плечу и вернулся к тумбе, продолжая нажимать странные символы и вычитывать сотни мерцающих строк.
В нерешительности, не особо понимая, что он делает, Камо двинулся дальше. Сможет ли он выжить здесь без эльфа? Наверное, этот вопрос будет мучать ассасина до тех пор, пока он не выберется из этого проклятого места. Последний раз взглянув на Тейфа, который уже не обращал на него внимания, поглощенный бесконечными знаниями, Камо вышел из зала, растворившись в темноте.
Тоннель с редкими проблесками света – металлическая костлявая кишка, петляющая из стороны в сторону. Из новообретенных знаний следовало, что коридор должен быть куда короче и прямой, как стрела, но эльф в очередной раз был прав, и это место заметно изменилось. Хотелось бы верить, что двигатель он найдет там, куда указала ему карта. Она будто жила собственной жизнью в голове ищейки, появляясь перед глазами каждый раз, когда Камо пытался припомнить маршрут или расположение своего пункта назначения.
Каждая выпуклость стен излучала затаившуюся угрозу, и волей-неволей ищейка поглядывал на них, испытывая назойливую тревожность. Совмещая в себе живую гибкость и безжизненность металла, стены наводили жути и давили на ищейку. Затхлый, слегка влажный воздух со странной едкой примесью щекотал ноздри, напоминая ему одну из императорских гробниц, уничтоженную Бедствием. Кажется тогда, еще до восстановления, там прятались противники Императора. Или то были воры?
Это случилось еще в самом начале его пути, когда ищейка был молод и не имел грозной славы. Его запихнули разведать обстановку, хотя для новичка это была явная смерть. Сейчас ищейка уже с трудом мог вспомнить тех людей, что он убил в тот день, но мертвецкий запах запомнился ему надолго. Смрад и гнетущая, запутанная сеть окутанных тьмой тоннелей. В тот день, словно впервые увидев солнце, он понял, что каждый Император – лишь человек. И что бы ни говорили глашатаи, в конечном итоге, каждый из них закончит свои дни в саркофаге, который могут попытаться разграбить очередные еретики.