Ирэн фыркнула.
– Это не ответ, – спокойно произнес Ухэл.
– По плану мы должны были выйти, – вздохнул Джута, – через несколько уровней после той огромной пещеры. А где мы теперь – простите, уважаемые, но хрен его знает.
Ухэл вздохнул.
– Нужно немного света, – произнес ассасин и начал шарить в своем мешке.
– Ты что, с ума сошел? – Джута пытался кричать, но тьма поглощала силу голоса.
– Возможно, не лучшая идея, – сомневаясь, сказала воительница.
– Есть идеи получше? – парировал убийца. – В любом случае, что-то наверняка попытается нас убить. Так, возможно, мы хотя бы поймем, как выбраться.
В последние слова не поверил никто, включая самого ассасина.
– Может, и так. А может, мы дадим огромный такой сигнал всем прекраснейшим местным обитателям, которые слетятся, дабы приветствовать гостей, – пролепетал лис.
– Думается мне, в темноте все хищники слепые, а не глухие. Если здесь что-то и есть, оно давно уже о нас знает, а вот мы – нет.
– Справедливости ради, в этом месте логику мы встречали редко, – кисло заметила Ирэн.
– Какая светлая мысль, моя дорогая, – тихо воскликнул Джута.
Никто не ответил.
– Н-да, – выдавил лис из себя.
Звенящая тишина.
– Так ты будешь зажигать или нет? – прошипел Джута.
В ответ он ничего не услышал. Мелкие мурашки пробежались по телу, какое-то время лис продолжал молчать, в голове крутилось с десяток вариантов, а воображение в ситуации, когда не видно и не слышно ничего, не на шутку разыгралось. С его напарниками могло произойти что угодно: возможно, их проглотила какая-нибудь очередная тварь, или они, сговорившись, начали играть в молчанку. Второй вариант был бы предпочтительнее, а вот первый – вероятнее. Джута хлопнул себя ладонью по голове, ведь эти мысли его ни капли не успокаивали. И всё же он пока решил помолчать, по крайней мере, до того момента, как светлая мысль не озарит его. Так продолжалось минуты, затем часы, лис удивлялся своему терпению, но и ему рано или поздно должен был прийти конец.
– А! – закричал Джута. – Да сколько можно!?
Но голос его был едва слышен даже ему самому, еще слабее, чем раньше.
– Эй! – Джута заерзал, забарахтался в пустоте, пытаясь добраться хоть до кого-нибудь.
– Эй! Слушайте, неуважаемые, это не смешно! – заорал он во всю глотку, в горле запершило. – Хватит! Отзывайтесь, неблагодарные вы! Я, между прочим, жизнью рисковал, чтобы вас провести через все эти невиданные опасности!
Никакой реакции, глухая тишина. Не было и признака, что хоть кто-то сейчас был рядом. Джута тяжело сглотнул, холодные капли пота потекли по лицу. Сердце неприятно кольнуло, и даже в этой невесомости он чувствовал, как задрожали руки.
– Ну, скоты, – проглатывая слова, причитал лис, – с вами по-хорошему, а вы вот как? Паскуды, а! Хватит говорю!
Лишь немая пустота в ответ. Тут уже всё тело сжалось, Джуту пробила сильная дрожь, словно его окунули в ледяную воду.
– Да хер с вами, – пытаясь отвлечься, бормотал он, – и без вас, скотьих детей, выберусь.
Как он это сделает, представления лис абсолютно не имел.
– Сейчас только пораскину мозгами, и всё будет отлично, а вы тут, неблагороднейшие, и подохните! – и издал нервный смешок.
Появившаяся кривая ухмылка быстро сползла вниз, когда ему ответила только безучастная тишина.
Кажется ему в голову пришла какая-то идея, которую сам он не до конца понимал, но Джута начал шарить в карманах, затем перешел на свою сумку. В какой-то момент лис совершенно забыл, что искал, да и искал ли хоть что-то. Как назло ничего не приходило в голову, мысли путались, он нервно жевал губы. Такие моменты, когда в голове было пусто, для него были не характерны. Последний раз, если припомнить, когда он был подростком – тогда родители торговались с купцом о продаже их же сына, самого Джуты. Отчего-то эти мысли, до этого всегда лишь раздражающие, сейчас вызвали ухмылку. Это помогло успокоиться, не потерять рассудок в этом мраке и хоть как-то обдумать ситуацию.
Возможно, это лишь сон. Или он так приложился головой, когда падал в лифте, что ему мерещится всякий бред. К сожалению Джуты, эти мысли не сильно его успокоили, скорее наоборот – убедили в неподдельной реальности происходящего с ним. Тут же вернулась злоба и разочарование. Куда эти подонки могли запропаститься? Думать о том, что какая-нибудь тварь их сожрала, ему не очень-то хотелось. Но что, если его самого съела мерзкая паскуда, и сейчас он мертв, доживает свои последние секунды? От этих раздумий его передернуло. Джута помассировал виски, отметая такой вариант как совершенно абсурдный даже для такого места.