Краем глаза она заметила силуэт слева от нее, держащий в руках пилу. Видимо, этот подонок пытался распилить ее броню, посчитав шею самым уязвимым местом, но с ней так легко это не получится. Частички брони рассыпались и перекрывали те места, куда пытались добраться зубья пилы.
– У, сука! – завизжал он. – А ну, пились, падла, бля!
Силуэт начал припадочно визжать и бить пилой о ее руку. Ирэн чувствовала каждый удар, и если бы не броня, она бы точно ее лишилась. Любое движение глаз вызывало пронзающую боль, из-за чего разглядеть ублюдка стало не такой уж простой задачей. Подонок, заметив это, застыл.
– Ах ты ж мразота, – прохрипел он, – проснулась, а? Сука! Живчики попались, мля!
Силуэт потерял свою четкость. Словно вязкая масса, он перекатывался из одного угла в другой, пока не вернулся к ней. Сложно сказать, на что было похоже это нечто – света было слишком мало. Однако то, что перед ней стояло, едва ли можно было назвать человеком. Лишь массой из сухожилий, костей, мышц, глаз, вен и переплетающийся органов. Она дышала, бугрилась, безуспешно пытаясь сохрянять форму двуногого. Ирэн различила мутный блеск полностью открытых глазных яблок, уставившихся на нее. Смрад выворачивал нутро наизнанку, ком подошел горлу, и ее вырвало.
– Ты смеешь блевать в моем доме, тварь! – последнее словно он проорал брызжа слюной.
Убогое в своем омерзении существо кричало ей в лицо, выдыхая из своей бесформенной пасти гнилостные пары и, кажется, перегар. По краям рта убожества, закрученные в бок, торчали тупые зубы, будто неумело воткнутые туда самой тварью. Существо замахнулось и остановилось.
– Нет, – тут его голос стал более жалостливым, но оттого не менее раздраженным и дребезжащим, – к сожалению, твоя головушка мне нужна. Женушка хочет твое личико. Ну, ее можно понять. Жить с такой-то рожей! Ха-Ха, – оно истерично засмеялось. – Поэтому голова должна быть чисто срублена, – он помолчал, затем продолжил истошно вопя. – Но ты сука! Никак не дашь мне срубить твою блядскую башку, тварь! А!? Твоя сраная броня как живая, бля! Какого хера!?
Оно вновь начало истерично бить по Ирэн пилой, не задевая голову. Каждый стук отзывался болью.
– Ну, сука, – закончив, произнесло оно, – ща я приду. И не рыпайся мне тут, мля!
Существо вышло, хлопнув дверью. Когда звон его слов утих, наступила тишина, жуткая и давящая, но постепенно наполняющаяся дыханием и слабыми стонами привязанных к стенам тел. Внимание Ирэн привлек блеск чьих-то глаз в дальнем углу напротив себя. Постепенно она смогла различить, кому они принадлежали – Джуте. С него стекали капли пота и крови, беззвучно падая на пол. Лис стоял в оцепенении, пока наконец не обратил на нее внимание.
– Ирэн, – просипел он, – как я рад, что ты очнулась. Ты должна нас освободить!
Наемница с радостью плюнула бы ему сейчас в лицо, но на это у нее не было сил. Попытка ответить вызвала лишь боль, удалось выдавить только бесформенные звуки. Лис что-то продолжал ей говорить, но она его уже не слышала, не могла различить слов, будто теперь для нее это непомерная задача. Всё происходящее казалось невозможной фантазией психа, как тогда, в ее родной деревне. Воспоминание всеохватывающим ужасом вспыхнуло внутри, но за годы, прожитые с ним, она стала чувствовать в этой памяти всё больше гнева.
Провисев так еще несколько долгих минут, борясь с ураганом мыслей в голове, она всё же совладала с охватившим ее наваждением. Наемница посмотрела на свою скованную руку. Нужно было изменить форму брони, но сейчас ей это, как нельзя кстати, не удавалось. Ирэн бессильно цыкнула и сплюнула.
Рядом возник Мади. На мгновение наемница приняла его за ту тварь, почувствовав укол страха. Не без труда ему удалось освободить одну руку Ирэн. Стало легче, но тут же накатила волна боли. Наемница невольно хватала ртом вонючий воздух, пытаясь вернуть себя в равновесие. Черный клинок возник в руке, и она освободила второе запястье, разрезав путы.
Дверь заскрипела, и вошло пленившее их существо. Убожество оторопело от увиденного, а после истошно завизжало:
– Ах ты ж сука! Тварь! Тварь! Т-В-А-А-РЬ!
Бешено размахивая большой зазубренной пилой, зубцы которой даже в этой мгле яростно поблескивали, человекоподобное нечто двинулось на них. Мади тут же исчез – подлец будто растворился в воздухе. Наемница вырвала ноги из пут и успела как раз вовремя, чтобы уклониться от сокрушительного удара пилы, впившейся в стену – бревна взорвались щепками.
Ирэн перекатилась под свист ударов над своей головой и сделала резкий выпад, но тварь, скрутившись в канат, увернулась, в ответ посыпав на нее шквал ударов. Если бы не броня, ее бы разорвало на мелкие куски – искры летели во все стороны. Под этим натиском, подгадав момент и ловко извернувшись, она попыталась пронзить существо слева, но оно вновь уклонилось и, как заметила Ирэн, с неприятной легкостью.