Выбрать главу

Серж выдохнул удивленное «уфф» и рефлекторно провёл ладонью по лбу, словно вспотел, хотя это было не так. Он долго смотрел расширенными глазами на вещицу в своей ладони, пока догадка не осенила его. Вдруг вспомнилось, после каких манипуляций кольцо открылось. Взяв кулон, Сергей быстро потёр его лицевой стороной о плечо, словно разогревая, и на обратной стороне появилось кольцо. Считая про себя секунды и положив изделие на пол, Полеха убедился, что ровно через 30 секунд колечко возвращалось в своё ложе.

– Значит, если тебя не надели на палец, ты убираешься восвояси? Так? – заговорил с кулоном Серж. – А если ты у меня на пальце вздумаешь закрыться? Палец тю-тю?

При более пристальном рассматривании предмета появилась мысль, что тёмно-серый прямоугольник вовсе не камень, а маленький экранчик типа дисплея на телефоне. Он никак не выступал из своей основы, а был вровень с ней. После очередного потирания и появления кольца Полеха попытался его удержать пальцами спустя 30 секунд. Уже начав «складываться», кольцо покорно остановилось от лёгкого препятствия. Не прошло и секунды после отнятия пальца, как кольцо продолжило свой путь. Снова прикосновение – и последовала остановка движения.

– Что же это за механизм такой? Фантастика какая-то! Или мистика…

В дверь раздался робкий стук.

– Зайка мой, ты тут?

«Зайка» встрепенулся, открыл дверь.

– Заходи, мурлыка.

– Ты с кем тут говоришь? – зевая и потягиваясь, спросила заспанная и счастливая Марина. Похожая на русалку с распущенными длинными волосами, в одних трусиках, она повергла обнажённого дружка своего в соответствующее состояние, и приключения с перстнем-трансформером тут же забылись. Парочка завалилась на тёплые полы, и единение тел состоялось вновь – уже в который раз за прошедшие полусутки.

Сергей отпустил свою русалку в ванную, а сам поднял с пола так и не замеченную девушкой безделушку и прошёл на кухню, натягивая по дороге плавки. Включил электрический чайник и вновь принялся разгадывать чудо-«шараду».

Из душа вернулась Марина в накинутом на этот раз махровом коротком халатике, принадлежащем, наверное, папиной супружнице. Но и халатик бы её не спас, а скорее раззадорил ещё больше мужчину, если б тот изрядно не подустал к этому времени. Да и сама Марина понимала, что на сегодня достаточно утех, чтобы оскомину не набить.

– Вот, киска, досталась мне как-то вещичка одна, а разобраться в ней не получается. Может, посодействуешь?

Демонстрация появления и исчезновения колечка заняла минуту. Потом девушка долго рассматривала занятный предмет, сама открывала и закрывала кольцо, удивлённо прислушивалась к тихому электронному попискиванию в момент превращения перстня в подвеску, вертела его в руках, даже нюхала.

– Интересный какой, как черепашка маленькая… Или крабик. Может, это телефон какой-то новый или часы? Он открываться должен как-то, видишь тут…

– Вижу, но как? Может, на палец надеть? На мой как раз будет…

И надел. Перстень пришёлся впору для среднего пальца правой руки. Смотрелся недурно, но излишне массивно. Для какой-нибудь гламурной персоны с глянцевой обложки – как раз, а для такого парняги, как Серж, – просто «западло».

– Дай мне примерить! – загорелась Марина.

– Да куда тебе? Ну на.

Украшение перекочевало в девичьи руки, а затем было надето также на средний палец, хотя великовато было бы и для большого.

Марина взвизгнула и затрясла рукой, как ужаленная. Она закрутилась волчком на месте, пытаясь снять перстень. Полеха бросился к ней, почему-то перепугавшись до смерти, – в голове его промелькнула дурацкая мысль, что «краб» ожил и укусил Марину. Снятый перстень полетел на пол. Покрутился на месте и застыл. Девчонка ошалело смотрела на него и потирала ладонь, словно ей больно.

– Что это было? – испуганно произнесла она.

– А что было, Мариш, что случилось? Дай посмотрю…

– Да нет, ничего, Серёж… Просто…

– Ну-ка, покажи!

Он взял её ладонь в свою и обследовал палец, на котором только что побывал «краб». Ничего, никаких следов, укусов, ожогов.

– Он зашевелился как-то…, и кольцо сжиматься стало.

Серж кинулся к перстню, присел перед ним на колени и, не касаясь его руками, всмотрелся. Колечко ещё торчало секунду, но было маленьким, в размер девичьих пальчиков, затем вдруг расширилось до прежнего диаметра, пискнуло и убралось в своё ложе.

По телу пробежали мурашки, Полеха увидел, как волосы на руках встали дыбом.

– Ну и хрень… Да что же это за чудо такое, майн гот?! Сроду такого не видал. А ты? – он обернулся к стоящей столбом и потирающей палец Марине.

Вопрос был риторическим. Никто из них ничего не понимал и не имел представления о природе таинственного предмета.

«Какие, к чёрту, телефоны четыре десятилетия назад?! – думал Полеха. – А почему, собственно, четыре? Может, этой штуке тыща лет, а то и не одна. Кого же они тогда грабанули? Может, музей какой? Наверняка сами даже не успели врубиться, какую цацку хапнули. Да, конечно! Мне бы Шурша сказал, если б знал. Хапнули, скинули в заначку и рассмотреть наверняка не успели даже…»

– Значит, он автоматически меняет размер под хозяина. Так получается? – встал с колен Сергей.

– А откуда она у тебя?

– Он, она… Что же это за чертовщина? Пойдём покурим пока, а эта хрень пусть полежит тут.

– Пойдём.

Выйдя на балкон и закурив, Серж обнял Марину за плечи и прижал к себе.

– Марин. Я клад нашёл в одном подвале. Человек хороший подсказал. Дал наводку, а сам помер. И вот среди всякого прочего там эта штуковина лежала. Даже две, как близнецы. И ещё была одна вещичка… Сейчас докурю и покажу. Тоже какая-то не такая.

– А что за клад? Древний?

– Да как тебе сказать? Зарыт-то он был и не так давно, а вот предметы некоторые, к примеру, этот, – он мотнул головой в сторону комнаты, где случился инцидент, – могут быть и древними.

– А что там ещё было?

– Золото, камушки.

– Вот это да! Так ты богач ко всему прочему?

– К какому прочему?

Марина обвила его за талию, кошкой вынырнула из-под обнимающей её руки и оказалась между перилами балкона и Сержем. Заглянула в глаза.

– Ты мой принц. Граф Монте-Кристо.

– Похоже на то, – улыбнулся «граф» и поцеловал свою «графиню». – Пойдём, покажу.

Усевшись за стол в кухне и попивая кофе, оба разглядывали не менее подозрительный, чем краб-перстень, предмет. Он действительно очень напоминал жука, особенно сейчас, лёжа на полированной мраморной поверхности кухонного стола. Только пришлось подложить под его «брюшко» коробок спичек, поскольку торчащее снизу кольцо делало жука неустойчивым. Марина вскочила и побежала в другую комнату, кинув на ходу «я сейчас». Через мгновение она листала том Альфреда Брэма «Насекомые» и приговаривала:

– С детства хотела стать биологом, зоологом… Бабочек на иголки сажала, чучела всякие делала, лягушек спиртовала, птенцов мёртвых… У меня в школе по этим предметам круглые «пятёрки» были. Однажды биологиня заболела, так директор меня заставил по её просьбе урок провести.

Сначала на глаза попался некий «маврский клоп» – по своей форме точная копия мистического перстня, лежащего на паркете. Но жука, похожего на предмет их теперешнего интереса, так и не нашли. И колорадский, и дровосек, и олень – только незначительное сходство, но не то. Ну, жук – и точка. Брюшко вытянутое, заостренное книзу, сантиметров восемь в длину, головка приопущенная, панцирь шестиугольный вместо шеи и единственный глазСк. Вместо двух. Как циклоп какой-то. А в несуществующем рту кольцо зажато. Опять словно на палец просится насадить всю эту лабуду. Только уже не перстень получится, а что-то лежащее на тыльной стороне ладони. Жук, и всё тут. Только без лапок, усиков и жвал. Хотя фантазия могла в узорах тонкой гравировки найти все, что угодно. По всей поверхности жука был рисунок – и продольная риска сверху, разделяющая пару хитиновых надкрылков, и точечные узоры по периметру, словно обозначение лапок, и поперечные линии, сегментирующие брюшко… Казалось, он сейчас полежит, полежит, и оживёт. Выпустит спрятанные лапки и усики и…