– Я рада, что вы пришли вместе. – Пожилая женщина приветливо улыбнулась им.
Она говорила с сильным акцентом, не изгладившимся за два десятилетия, проведенные в Штатах. Элен Дюмон смерила Тревиса проницательным взором.
– Итак, вы хотите сфотографировать меня для своей книги. Не знаю, стоит ли тратить на меня время, когда рядом с вами такая молодая и очаровательная женщина. – Она кивнула в сторону Кали.
Тревис тепло улыбнулся.
– Возможно, мне нужно не просто хорошенькое личико.
Элен предложила им кофе и булочки, а потом села в старомодное кресло.
– Мы уже обсуждали некоторые вещи по телефону, но, по-моему, нам имеет смысл поговорить о ваших планах сейчас, обсудить некоторые детали.
Тревис склонил голову в знак согласия:
– Хорошо. – И приступил к рассказу о замысле своей новой книги. – Люди страдают по разным причинам и свое страдание выражают тоже по-разному, – закончил он. – Я хочу показать, что речь идет не о финале жизни, а, быть может, о ее начале.
Кали с изумлением слушала их разговор. Неужели он имел в виду это, когда впервые заговорил с ней о своей фотокниге? Она считала, что Тревис в своих книгах, опубликованных в разные годы, просто собирал снимки экзотических рыб, мотоциклов, хищных зверей и тому подобного. Просто красивые интересные фотографии без особой смысловой нагрузки. Выходит, она его недооценивала?
За этот день Кали еще немало узнала о Тревисе и его работе. Он терпеливо уговаривал Элен не менять позу, оставаться в старом кресле и только передвинуть занавеси для нужного освещения. Он отщелкивал снимок за снимком, продолжая расспрашивать ее о войне и оккупации Парижа. Она вспоминала, отвечала ему, и выражение ее лица становилось то задумчивым, то гневным, то уверенным, то есть таким, какое и нужно для фотографии. Кали не вмешивалась и наблюдала за съемками, удивляясь его такту и умению расположить к себе собеседника. Она никогда прежде не думала, что фотограф должен быть хорошим психологом.
– Я с наслаждением слушал ваши рассказы, мадам, – сказал хозяйке дома Тревис несколько часов спустя. Он закончил фотографировать и упаковал свою камеру. – Если бы у меня был литературный талант, я непременно записал бы их. По-моему, их нужно опубликовать и отнюдь не в женском журнале, а отдельной книгой.
– Возможно, когда-нибудь я найду человека, который это сделает, – откликнулась Элен и повернулась к Кали. – Я по-прежнему уверена, моя дорогая, что вы не раз позировали перед камерой.
– Да, вы правы, – неохотно подтвердила Кали. – Несколько лет назад я была фотомоделью.
Элен внимательно посмотрела на нее, словно что-то припоминая, и лицо ее засветилось участием.
– Да, я вспомнила. – Она взяла руку Кали и крепко пожала ее. – Я уверена, что теперь в вашей жизни все повернется к лучшему. Может быть, тяжелые потрясения и рождают силу духа. А когда вы закалены, вам легче бороться. Заходите ко мне, я всегда буду вам рада. – Она перевела взгляд с Кали на Тревиса, дав понять, что приглашение относится к ним обоим.
– Ну как? – спросил Тревис, когда они вышли из дома.
Кали пожала плечами:
– Я ждала совсем другого. Ты рад это слышать?
– Я буду рад, если мы с тобой сегодня где-то пообедаем.
– Ладно. – Она уступила ему слишком быстро, боясь, что потом у нее не хватит мужества.
Тревис и вида не показал, что рад одержанной над ней победе, но в глубине души готов был кричать от радости. Он поспешил задать ей новый вопрос.
– Как ты относишься к рыбе и другим дарам моря?
– Хорошо.
– Ну и отлично. Я отвезу тебя в Портс О'Колл. А потом мы займемся покупками и я охотно обойду с тобой магазины.
Когда они подъехали к порту, окруженному торговыми рядами с несколькими ресторанами, специализирующимися на кухне из морских даров. Кали насторожилась. Она всю дорогу убеждала себя, что там ее кто-нибудь узнает и тогда анонимности ее пребывания в Лос-Анджелесе наступит конец. Теперь она поняла, что побег лишь усугубит положение и не позволит ей решить другие проблемы. Она может отказаться позировать и не уезжая к себе домой. Есть и еще один вариант – вернуться в Виргинию на несколько месяцев, а затем появиться здесь. Нет, из этого ничего не получится, иначе ее ждет очередной нервный срыв.
Со временем она успокоится, и Тревис ей поможет. Рядом с ним она чувствовала себя свободно и уверенно, а обедать с ним было одно удовольствие, так чуток и внимателен он к каждой ее просьбе и угадывает все ее желания. Второго такого мужчины просто не найти.