Иной раз Дуг встречал ее после занятий и приглашал выпить пивка или отведать пиццы, а иногда затаскивал в кегельбан, где она наблюдала, как он играет с друзьями. Но за исключением редкого легкого поцелуя, когда он желал ей спокойной ночи, Дуг ни черта не делал для того, чтобы заполучить ее в свои объятия. Его тактика сводила ее с ума. Когда Трейси пыталась разобраться, почему это происходит, ей становилось понятно: потому что она все еще влюблена в него, как правильно догадался Чарльз. И ее любовь росла в прямой пропорции к тем изменениям, которые она замечала в нем.
Вернувшийся в ее жизнь Дуг все еще был неотразимым, теплым, полным сюрпризов, но одновременно показывал свою зрелость и ответственность, которые пробуждали ее интерес и надежду на то, что он действительно готов остепениться. И он утверждал, что готов. Его поступки, казалось, свидетельствовали о том же. И все же он держал ее на расстоянии.
Когда Трейси ночи напролет маялась без сна, сгорая от вожделения к единственному мужчине, который возбуждал ее, то пыталась сообразить, как долго она сможет еще терпеть такую неестественную холодность между ними. Она жаждала вернуть его в свою постель, если не навсегда, то хотя бы на одну незабываемую и знойную ночь.
А хватит ли, спрашивала она себя, одной ночи или она станет лишь мучительным напоминанием о том, что у них было когда-то?
10
В конце концов Трейси решила, что совершенно нестерпимая ситуация требовала принятия гораздо более крутых и потенциально соблазнительных мер, чем какое-то там неглиже. Дуг либо играл с ней в абсолютно непотребную игру в кошки-мышки, либо считал вопрос решенным, как только она перестала пытаться вышвырнуть его из дома. Как бы то ни было, с этим надо кончать.
Теперь же.
Логика подсказывала Трейси, что пришло время поговорить с ним, сознаться, что она все еще любит его, как и советовал Чарльз. Но она все же хотела, чтобы первый шаг сделал Дуг. Сам факт, что он вернулся домой аж с Западного побережья, был не в счет. Как и все его искусные усилия завоевать снова ее любовь.
Трейси нужно было недвусмысленное доказательство того, что он все еще находит ее привлекательной. Она хотела, чтобы бывший муж соблазнил ее, предался с нею неудержимо страстным любовным утехам. Она желала, чтобы Дуг доказал ей раз и навсегда трепетно чувственным образом, что не может и минуты прожить без нее.
Ревность казалась ей наилучшим оружием. Пусть дешевым и нечистым, но, тем не менее, единственным оставшимся у нее. История доказала его действенность. К сожалению, ей вряд ли удастся вызвать ревность Дуга к Чарльзу. В первый момент Дуг воспринял его как соперника, но ему хватило двадцатиминутной беседы и присутствия на одном бейсбольном матче, чтобы привлечь Чарльза на свою сторону, и теперь бывший соперник стал его убежденным сторонником.
Стоя в кухне «Морти», Трейси взвешивала свою будущую тактику, когда ее взгляд остановился на Джонни Рее. Впервые она рассматривала его в совершенно новом свете.
Он неплохо смотрелся бы, решила она, если бы причесал свои жесткие рыжие волосы, надел костюм, который не висел бы на нем мешком, и заменил очки контактными линзами. Самое же важное — он был настоящим другом. Ему Трейси могла сказать, чего добивается. Если он согласится помочь, ей не придется беспокоиться, как бы не ранить его чувств, ибо и речи не будет об использовании ничего не подозревающего мужчины в своих корыстных целях. Она все же считала себя благородной женщиной.
— Джонни Рей, что ты делаешь завтра вечером?
Он вытаращился на нее и заморгал. В его глазах она прочитала удивление и озадаченность. Они никогда не общались после работы.
— Ничего особенного, а что?
— Может, сходим в кино?
Удивление переросло в изумление.
— Ты хочешь пойти в кино со мной? — Его прищур выражал сомнение. — А что с твоим мужем?
— Он мой бывший муж, в том-то все и дело. — Джонни сразу все понял, судя по его расширившимся глазам. Он умел соображать поразительно быстро, а ей нужно было время, чтобы подготовить его, размягчить его так, чтобы он вызвался помочь.
— Ну, нет, Трейси, — он покачал головой. — Я и не подумаю провоцировать ревность твоего муженька. Не забывай, я знаю его так же давно, как и ты, и не желаю связываться с ним. Помню, что он сделал с Томми Бьюфортом из-за паршивого молочного коктейля. Я сидел там же, за соседним столиком. Я весь оказался забрызганным шоколадным мороженым, когда он перевернул шейкер с коктейлем на голову Томми. Да он котлету сделает из любого мужчины, который осмелится затащить тебя в темный кинотеатр.