— Ничего, теперь я знаю, почему ко мне присосался этот демон. Я постоянно тоскую по нему и боль от его потери грызет меня и днем, и ночью.
Леша с минуту помолчал.
— Знаете, не думаю, чтобы ваш муж хотел, чтобы вы так терзались о нем. Его нет, но вы-то живы, и не встреть я вас сегодня, вряд ли бы смог так вкусно поесть и рассказать свою тайну. Никто об этом не знает, даже мои... родители.
— Ты говоришь, прямо как он, — с улыбкой сказала она. Он был похож на ее мужа, может, это знак, что Андрей не оставил ее, а здесь, рядом с ней?
Приятное тепло разлилось по телу, прогоняя уныние.
— Ой, он уменьшается и жутко шипит! — вдруг воскликнул Леша, и чай недовольно заплескался в его кружке. — А теперь почти исчез... О чем вы сейчас думали?
— О том, какое счастье было встретить тебя, Лешенька, — ответила Лили и потрепала рукой по его темным волосам. Он покраснел, но попыток прервать ласку не сделал.
— Ох, уже так поздно! — воскликнула женщина, взглянув на наручные часы. С неудачного собеседования она ушла примерно в пять, а сейчас было почти восемь. — Как быстро время пролетело!
— Ага, — с досадой ответил мальчик. Угловатые плечи грустно поникли.
— Чего ты скис? Можно подумать, что мы никогда больше не встретимся, — притворно-возмущенно проговорила Лили и допила остатки чая. Изумрудно-серые глаза мальчика радостно засверкали.
— Правда? Я смогу приходить к вам еще?
— Ну конечно, и завтра я покажу тебе свои книги и расскажу все, что знаю о потустороннем мире. Я сейчас вызову такси и отвезу тебя домой. Где ты живешь? — спросила она, уже набирая номер.
Леша замялся, но затем буркнул:
— Детский дом на улице Социалистов.
Женщина поперхнулась, и в трубке раздался женский голос, спрашивающий, куда ей нужно. Она быстро ответила, подтвердила заказ и отключила телефон. Через минуту пришло сообщение с маркой, цветом и номером машины.
— А как же твои родители? — спросила Лили, чувствуя себя неловко. Ведь она считала, что он живет с родителями, пусть и не самого лучшего прошиба!
— Отдали меня в детдом примерно два месяца назад. Я не жалею об этом, все лучше постоянных ссор и драк.
— Во сколько ты завтра свободен? — спросила она, меняя тему. — Я зайду за тобой в любое время.
— Приходите после двух, — ответил Леша, чуть подумав. — Вы не против, если я возьму с собой домашнюю работу?
— Конечно нет! Так, иди быстро одевайся, вон такси уже приехало!
***
Она проснулась от странного скрежета. Сонно потерев глаза, которые щипали, как от шампуня, Лили приподнялась на локтях и огляделась. В ночном мраке все предметы были едва различимы, серым пятном выделялось белое окно.
Женщина пожала плечами и легла обратно, закутываясь в одеяло. Тут скрежет повторился, и в этот раз она поняла, что его издает стекло. Лили села и посмотрела в окно.
Черная нечеловеческая тень закрыла половину окна. На остром пятне, что казалось лицом, горели белые угли, смотревшие прямо на нее. Неестественно большие руки с длинными когтями водили по стеклу, издавая громкий скрежет. Лили вскрикнула и торопливо начала шарить рукой по тумбе в поисках лампы, не сводя глаз с тени.
Яркий свет озарил комнату, на несколько секунд ослепив ее. Лили с ужасом посмотрела на окно, но там никого не было. Она обшарила взглядом комнату, боясь вылезать из кровати, чтобы получше все обыскать. В спальне никого не было.
«Демоны, — выдохнула она, прижимая руку к груди, где бешено колотилось о ребра сердце. — Они ищут его. Леша...»
До утра было еще далеко, и ей все же пришлось лечь спать. Выключить свет она так и не решилась, боясь снова увидеть эти холодные, полные ненависти белые глаза.
Глава 3
На следующий день Лили стояла у ворот детского дома, поминутно поглядывая на часы. Случившееся ночью не давало ей покоя, но мысль о том, чтобы рассказать это мальчику, пугала ее и решительно настраивала против себя.
«Он и без того напуган всеми этими призраками и демонами, — думала женщина про себя, и перед глазами вспыли жестокие белые глаза и кровавый отпечаток ладони на стекле, который она стерла, едва забрезжил рассвет. Она передернулась и поправила сумку на плече. — Надо отвлечься. Помогу ему с домашкой и куплю чего-нибудь вкусного».
Из здания раздался резкий звонок и минут через пять во двор выскочил Леша. Рюкзак болтался на спине на одной лямке, норовя свалиться. За ним вышла женщина лет сорока, в строгом платье и светлым пучком на голове. Она настороженно смотрела на нее и с беспокойством и заботой — на мальчика.