Порой этот город казался Лаки декорацией, нарисованными на холстах фасадами. Слишком чисто, элегантно и тихо здесь было. Терране предпочитали жить не в городах, а на свежем воздухе в собственных домах. Лаки видел старое видео и мог сравнить.
Когда-то на этих улицах бурлила жизнь. Толпы людей, улицы забитые автомобилями…
— Я так волнуюсь. — Призналась Ева.
Колье на шее и серьги в виде крохотных миниатюрных люстр искрились бликами драгоценных камней.
Измученный примерками, Лаки вначале и не обратил внимание на это великолепие.
"Когда она это приобрела?"
Поездка не заняла много времени. Возле серого здания с колонными, ярко освещенного фонарями, лимузин остановился.
— Я буду ждать вас здесь, сеньор, сеньора. — Сообщил шофер, придерживая дверь салона.
Служащий в красном одеянии уже открыл перед ними огромные тяжелые двери.
Пожилой господин встретил их в прохладном высоком здании, рядом с широкой лестницей.
— Госпожа Сорвино, мы ждем вас. Прошу.
Лаки остался один, но не надолго. Брюнетка в облегающем бордовом платье появилась как из — под земли.
— Господин Льюис, я вас провожу. Меня зовут Стефани.
— Очень приятно.
Девушка взяла Лаки под руку и, пройдя лестницами и коридорами они оказались в комнатке с большим окном, обитой красной тканью.
— Ваше место, господин Льюис. Что-то желаете?
— Благодарю вас. Ничего не надо.
Девушка поклонилась и вышла.
Лаки подошел к окну, перед которым стояли два удобных на вид кресла и понял что он одной из лож третьего яруса. Внизу безлюдный партер, справа сцена с алым занавесом. Напротив изогнутая стена с подсвеченными изнутри ложами, такими же как эта. Алое и золотое кругом, куда не посмотри. Сверкающие люстры под потолком и тихий, ровный шум и странное пиликание вразнобой. В яме перед сценой Лаки увидел множество людей с музыкальным инструментами.
"Так это же живой оркестр!" Он сел в кресло и во все глаза принялся разглядывать это необыкновенное зрелище — театр с живым оркестром. Он даже забыл про неудобный и тесный фрак, про галстук давящий шею. Все было невероятно красочно!
Потом появились в партере, перед оркестром, несколько мужчин во фраках. Заняли места в первом ряду. Настала тишина. Седой мужчина во фраке среди оркестра взмахнул руками, и музыка грянула как молния с небес!
Занавес дрогнул и в центре сцены появился молодой человек во фраке. Он запел на незнакомом Лаки языке. Казалось, что он поет только для Лаки и так близко! Голос парил под сводами древнего театра и трогал какие-то струны в душе. Музыка вторила ему. Печаль и страсть…Голос пронзал Лаки насквозь. Волнующие ощущения длились недолго. Смолк голос, и смолкла музыка.
Певцы и певицы выходили один за другим и пели на том же языке песни странные и звучные, от которых вибрировало, кажется и само сердце в груди.
Потрясенный и покоренный мощью пения и пронзающей чистотой музыки, Лаки не сразу узнал Еву, когда настал ее черед.
Музыка зазвучала, а потом включилась Ева и все вместе создало гармонию, о которой Лаки и не догадывался до сих пор.
Он слушал ее пение не ушами, а сердцем и оно сжималось в сладкой истоме…
— Время сказать прощай… — только эти слова понимал Лаки, потрясенный и очарованный до глубины души.
Его женщина, его Ева превратилась здесь, на сцене древнего театра в ангела и ангел пел о чем-то невероятно трогательном для души и сердца. Его женщина, телом которой он наслаждался, с кем делил постель, и жизнь вдруг как в результате чьего-то волшебства превратилась в небесное создание с дивным, неземным голосом…
Когда она закончила петь, он ощутил влагу на глазах и удивился этому. Слезы?!
Следующего певца он практически не слышал, ошеломленный своей реакцией на пение.
Дверь отворилась и вошла Ева, шурша своими объемными юбками. Он поднялся ей на встречу. Она была чудо как хороша. Глаза блестят как бриллианты в колье и грудь волнуется.
— Тебе понравилось, милый?
— О…
Он взял ее руки в свои и поцеловал осторожно как драгоценность…
Вернулись они в том же лимузине. Лаки молчал, Ева улыбалась своим мыслям.
Едва войдя в номер, Лаки содрал фрак и бросил на кровать. Подошел к окну. Вечерний город в огнях сиял как будто отлитый из чистого золота. В груди засел ком и мешал дышать. Приближалось что-то…Что-то менялось в его жизни и в его будущем.