Это продолжалось из года в год, пока старейшины всех племен не вызвали шаманов и сказали им:
- Вызывайте духи предков, найдите все древние заклинания, которые можно найти, но сделайте так, чтобы племя покола были сурово наказаны за все свое людоедство, нашлите на них проклятие, чтобы проклятие продолжалось периодически, пока жители племени покола не остановят свой каннибализм. Не уничтожайте до последнего человека, а то по законам предков исчезнем и мы, но истребляйте периодически это проклятое племя.
Шаманы других племен долго совещались, только они прекрасно знали, что проклятие, которое они все вместе пошлют племени покола, это на все времена, чтобы снять заклятье придется ждать 999 лет, но и тогда придется в далеком будущем собрать всех шаманов тех племен, которые наложат это проклятие. Несколько шаманов, которые за все время понесли самые малые уроны от племени покола уехали сразу, стараясь не вмешиваться в этот страшный, но необходимый процесс и обряд. Большинство шаманов остались, так как их племена прошли через страшные страдания от людей племени покола, сколь матерей и отцов остались без потомства, и еще они знали, что люди их племени, не простят им, если они не наложат проклятие. Только на 5-й день самый старый, умудренный жизнью и опытом человек нашел единственный выход, где проклятье будет не самым страшным, но принесет много горя людям племени покола на века. Для проведения обряда требовалась молодая девушка из племени покола и лучшие следопыты других племен выкрали юную девушку из племени покола.
Вдали от деревень собрались они, разожгли большой костер и приступили к ритуалу, взывая к своим древним божествам, упоминая тотемы и духи предков. Удары в бубны были столь страшной силы, что они должны были треснуть, но они звенели издавая страшный вой, терзающие души людей музыку. В бешеном припадке, наиболее молодые шаманы танцевали, страшными и уродливыми движения кружились вдоль костра, от бросаемых веток костер обретал все больший размер. Как бы поддерживая зов шаманов, яркое небо со звездами медленно покрывалось тучами, в эти времена года тучи никогда не облака влили небо. Постепенно в унисон пению, в небе засверкали молнии, громкие звуки грома потрясали всю землю. От всего этого юная обнаженная девушка впала в беспамятство, до ее сознания дошло, что она является жертвенным агнцем во всем этом ужасающем обряде.
Самые сильные, отважные и храбрые воины, которые должны были охранять шаманов, едва сохраняли спокойствие. Даже у них страх проникал во все клетки тела, их мускулистые тела были мокрые от пота, они затыкали уши и закрывали глаза, чтобы ничего не видеть и не слышать, они поневоле держались друг за друга оцепенев от происходящего ужаса. Когда небо заволокли темные тучи, засверкали молнии и грохотал гром, многие из них не выдержали и попадали на землю, они были близки к сумасшествию.
Только к утру тучи рассеялись, изможденные шаманы не убили бедную девушку, а порезав ей ладонь держали так, чтобы кровь с руки капала в потухающий костер. Когда крови как посчитали шаманы вылилось достаточно, они разом замолчали и все дружно начали к чему- то внимательно прислушиваться, и вот задрожала под ними земля и глухой рев раздался из их недр, а затем вновь все стихло. Шаманы поняли, что их ритуал принес результаты и темные силы зла услышали их пожелание на будущее. Когда все стихло, они велели обессиленным воинам подняться, напоили их водой. Увидев, что девушка жива, воины удивились, они думали, что ее сожгут на костре, а у нее кроме сильного пореза на ладони других ран не было. Еще больше они удивились, когда шаманы велели двум более менее держащихся на ногах воинам доставить ее ближе к ее деревне и отпустить, причинять какой -то вред ей запретили, потому что объяснили, что тогда проклятье падет на их племена. Шаманы могли и не говорить этого, после проведенной страшной ночи эти войны думали только о покое и отдыхе. и каждый шаман со своими воинами ушли в свои места обитания. Их миссия была выполнена, они возродили обращаясь к темным силам и духам предков, древнее чудовище Нгояму, которое питается человеческой кровью маленьких детей, но не всех людей, а людей того племени, чья кровь прольется на костре. Людей племени покола за их каннибализм ждала страшная расплата.