Пролог
- Пещеры Синегорья, 1746 год -
Где-то гулко капала вода, отсчитывая секунды до завершения обряда. Яркий свет факелов отбрасывал по стенам пещеры зловещие тени. То там, то здесь, точно зубы древних динозавров, свешивались гроздья сталактитов, а под потолком в такт бормотанию верховного мага трепетали голубые и ярко-оранжевые руны. Люди в плащах с остроконечными капюшонами образовывали круг, в центре которого на двух каменных алтарях лежали две девушки, облаченные в белые платья, — одна совсем юная, другая постарше, и магия сияющей голубой лозой обвивала их переплетённые пальцы.
Одна из девушек, бледная и прекрасная, точно цветок лилии, едва дышала и была так слаба, что у неё не хватало сил даже открыть глаза. Другая, румяная и светловолосая, закусив нижнюю губу, с широко открытыми глазами следила за движением светящихся рун. Её била мелкая дрожь, пот крупными каплями блестел на лбу. Казалось, тело её противится и не желает принимать чужую магию, которая мощным потоком струилась по венам.
Завороженные таинством обряда, присутствующие далеко не сразу обратили внимание на отдалённый гул в недрах пещер. Сперва он едва слышным эхом отзывался в коридорах, но постепенно рокот нарастал, набирал обороты, превращаясь в утробный рёв самой матушки-земли. Маги стали проявлять беспокойство, переглядываясь и украдкой перешёптываясь друг с другом. Но верховный маг спешил завершить обряд и продолжал до тех пор, пока с потолка не посыпались камни, а под ногами не задрожала земля. Один из факелов упал, и огонь на миг озарил испуганное лицо светловолосой, а затем, не найдя себе новой пищи, с шипением погас.
Самый молодой из магов не выдержал, разорвал магический круг и в страхе заметался по лабиринтам коридоров. За ним, опасаясь падающих с потолка сталактитов, последовали и другие, совершенно позабыв о той, что молила о помощи. Волшебная лоза оплетала её руку, не давая вырваться и словно удерживая в плену.
— Помогите! Помогите мне!.. — только шептала она. У неё не было сил кричать, и едва слышные звуки её голоса тонули во всеобщем хаосе.
Первая девушка не подавала признаков жизни. Серая каменная пудра укрывала её лицо, беспрестанно падающие камни усыпали платье.
— Фернан!.. Родерик!.. Куда же вы? Помогите!.. — стенала её соседка, закрываясь свободной рукой от сыпавшихся сверху камней и заходясь в кашле.
Внезапно из-за плотного облака пыли показалась мужская фигура.
— О боги! Лизбетта, дитя моё! Я так долго тебя искал!.. — и мужчина бросился к той, что лежала без сознания. — Что они с тобой сделали!.. Изверги!..
— Господин! — воззвала к нему блондинка. — Прошу, помогите, не оставляйте меня!.. Я здесь не по своей воле, поверьте!..
Но тот даже не повернулся к несчастной. Плеснул магией на сплетённые девичьи пальцы, разрывая магическую связь, подхватил свою Лизбетту на руки и растворился среди пыли и града камней.
Вторая же девушка истошно закричала. Вместо сияющей голубой лозы её тонкую руку обвивала гадюка. Одно молниеносное движение — и змея вонзила острые зубы ей прямо в белоснежную шейку.
А в следующее мгновение с ужасающе оглушительным грохотом выход из пещеры обрушился.
Глава 1. На практику в другой мир
- Стольноград. Наше время -
Большая перемена только началась. Солнце стояло в зените, и внутренний двор Академии был залит ярким солнечным светом. Газоны и подстриженные в форме остроконечных конусов кусты самшита были ещё по-летнему зелены, но в ветвях дубов и платанов начинала золотиться листва. Студенты, устроившись прямо на газоне, грелись на солнышке. Другие неторопливо прохаживались, любуясь архитектурой старинного замка, в стенах которого расположилась Стольноградская академия магии.
В тени одного из деревьев на полукруглой деревянной скамье сидели ребята из моей группы. В центре внимания, как обычно, находился Ник Мартынов — ослепительно красивый и гордый аристократ, потомок легендарных драконов, что в Столетие Смуты не раз спасали Стольный Град от нашествия тёмных сил. Ник мне нравился, очень нравился. Не могу сказать, что сердце моё неровно застучало в его присутствии с первого же дня нашего знакомства, но однажды я таки обнаружила, что далеко не равнодушна к нему.
С трудом заставив себя отвести взгляд от Ника и стараясь не обращать внимания на оценивающие взгляды стоявших у подножия парадной лестницы первокурсников, я оглянулась в поисках Гриши Князева.