Он настолько точно повторил ее мысли по пути сюда, что Жаклин на мгновение стало страшно. Да кто такой этот парень?
— Откуда столько ненависти на этом красивом лице? — наконец спросила она, облизнув губы. — Что же страшного мой мальчик тебе сделал?
И тут же всякое выражение исчезло из глаз Амадео.
— Прошу прощения, мисс Коллинз, но это не ваше дело. Если вам нужна информация о Санторо, я дам вам ее. Даже больше, чем вы смеете надеяться. Если же нет… — он поднялся.
— Подожди! — почти вскрикнула Жаклин и понизила голос. — Я не буду спрашивать, если не хочешь говорить, просто расскажи мне… — она взяла его за руку, — все расскажи, каждую мелочь, не смей ничего забывать, Амадео Солитарио.
Амадео высвободил руку и снова сел напротив.
— Не думаете же вы, что я за это ничего не потребую, мисс Коллинз. Для начала обговорим условия сделки.
Звонок телефона вырвал Ксавьера из сна. Ему казалось, что он заснул пять минут назад, однако, бросив взгляд на светящееся табло рядом с кроватью, убедился, что проспал не меньше двух часов.
Взглянув на дисплей, недовольно поморщился. Неужели самые срочные дела не потерпели бы? Или у этой женщины напрочь отсутствуют этические нормы?
— Четыре утра, Ребекка. Ты с ума сошла или напилась, и тебе необходим собеседник?
Та не преминула отозваться колкостью:
— А тебя что, мучает похмелье? Есть разговор, Ксавьер, не телефонный. Я сейчас подъеду к тебе.
Она бросила трубку. Ксавьер, окончательно проснувшись, откинул одеяло.
Через десять минут он, уже одетый, сидел в кресле и листал газету, но в голове не откладывалось ни строчки из прочитанного. Еще ни разу за все время Ребекка не приезжала к нему домой, тем более среди ночи. Что могло произойти?
После той жуткой сцены, разыгравшейся в офисе, Йохан ходил, как в воду опущенный. Бедняга принял все слишком близко к сердцу. Пару раз Ксавьеру казалось, что Торн вот-вот положит на стол заявление об увольнении, однако этого не произошло. Он молча терпел приказы, которые отдавал Ксавьер, ни словом, ни жестом не выказывая недовольства, однако все движения были скованными, будто плохо смазанный механизм с трудом подчинялся движущей силе. В конце концов, Ксавьер приказал ему отправляться домой. Пусть отдохнет.
По правде говоря, передышка требовалась не только Йохану. До конца дня Ксавьер не мог сосредоточиться ни на чем, мысли снова и снова возвращались к ссоре. Наконец он запер кабинет и, приказав телохранителям не сопровождать его, поехал домой, где принял душ, а потом безуспешно пытался заснуть в течение трех часов.
И вот, когда это только-только удалось, звонит Ребекка и требует встречи. И где справедливость?
Не прошло и четверти часа, как охрана внизу доложила о приезде гостьи. Приказав впустить ее, Ксавьер перелистал газету на начало.
Ребекка, цокая высокими каблуками по паркету, зашла в гостиную, говоря что-то в мобильник. Не дожидаясь приглашения, уселась на диван и, отключив телефон, сунула его в черную сумочку.
— У нас проблема, — начала она, не поздоровавшись. — Но ты и так это уже понял. Амадео Солитарио.
Ни один мускул не дернулся на лице Ксавьера.
— И что с ним? — он снова погрузился в мнимое чтение, старательно изучая колонки текста. — Амадео был у меня недели две назад, его нашли мертвым?
— Я в курсе, что между вами произошло, не пудри мне мозги, — отмахнулась Ребекка. — Этот психованный мальчик создает огромные проблемы из-за своей детской обиды, Ксавьер, — она помолчала. — Два дня назад он попросил найти информацию о Жаклин Коллинз.
Ксавьер замер лишь на секунду, затем перелистнул страницу.
— И ты дала?
— Разумеется. Иначе он что-нибудь заподозрил бы. Попросил только телефон, адрес и банковский счет. Ничего больше. Сказал, что все остальное ему без надобности.
Ксавьер сложил газету и бросил на стол.
— Будешь сама расплачиваться за свой длинный язык, — заведомая ложь. Оба понимали, что в этой ситуации сильнее всего попадет именно Ксавьеру. — Так что он хотел от Жаклин?
— Амадео установил контакт с Коллинз. Пригласил ее в ресторан. Подробности мне неизвестны, и я не собираюсь спрашивать. Сам знаешь, чем это чревато. Но не сомневаюсь, что тебе это грозит огромными неприятностями. Как и ему.
— Вот как, — Ксавьер поднялся и отошел к окну. Достал сигарету из пачки, стараясь унять внезапно возникшую дрожь в руках. — И что он пообещал ей?