В гостиной что-то звякнуло, затем в кухню вошла Кэти:
— Помощь нужна?
— Нет, я почти закончила. Дай мне пять секунд.
Лиса добыла из шкафа три стакана, посмотрела их на просвет, опять довольно хмыкнула и исчезла.
Виски оказался неожиданно хорошим и дорогим. И даже нашлась бутылка французского красного. И приличный сыр. Боясь быстро опьянеть, Марина согласилась на вино, а себе и Кэти Эдди налил виски.
— Будем знакомы, — сказал он, — рад тебя видеть в своем доме, Белоснежка.
Странно, но судя по всему, парень действительно был рад.
— Будем, — согласилась Марина. — А почему Белоснежка?
— Сам не знаю, — парень уже сооружал нечто вроде сэндвича, только наоборот: два куска ветчины, а между ними крекер и сыр, — как увидел тебя, так сразуи понял: Белоснежка.
Надо же, уже воркуют, голубки, удивилась Кэти. Впрочем, ей это было только на руку. Марина уже не выглядела такой напряженной. Щеки девушки слегка порозовели, плечи расслабились, она даже улыбалась, но почти незаметно, одними глазами. Хотя, нет, Эдди как раз эту улыбку очень хорошо видел, любовался даже и не скрывал, что общество Марины ему очень приятно. Запал или надеется попользоваться бесплатно, с неожиданной тревогой спросила себя Кэти. Ну, уж нет, фигушки. Обижать девочку не дам, тут же решила она.
— Марина, — она подчеркнуто громко опустила свой стакан на столешницу, привлекая общее внимание к себе. — Подумай и скажи, что тебе нужно, чтобы чувствовать себя в безопасности.
— Зачем? — Сразу насторожилась Белоснежка.
— Что зачем?
— Зачем тебе это знать?
Кэти пожала плечами, словно говорила о вещах само собой разумеющихся, словно заранее была уверена в согласии Марины.
— Это будет твоя цена за сотрудничество.
Гловер потратил немало времени, натаскивая Кэти на ведение переговоров. Но сейчас она понимала: применение всех этих правил «Да» и «Спасти лицо», приемов неспешного возражения и усиления давления будут сущей мерзостью по отношению к этой девушке с разбитым лицом и покрытым кровоподтеками телом. Она должна предложить Марине честную сделку и выполнить все ее условия.
Белоснежка кусала губы и смотрела на Кэти исподлобья. Так как молчание затягивалось, Кэти тихо добавила:
— Боюсь, это твой единственный шанс, если хочешь…
— Хочу. — Марина выпрямилась и подняла подбородок. — Мне нужен мой паспорт. Он у Игоря.
— Что еще?
— И что бы Игорь меня отпустил.
— А Игорь — это твой…
— Сутенер. — Какой смысл выбирать выражения, если и так все понятно.
Кэти покосилась на Эдди. Парень сидел в своем кресле неподвижно и, кажется, забыл, как дышать.
— Извини, это, конечно, не мое дело, но ты действительно хочешь завязать?
Обижаться на глупые вопросы Марина не стала:
— Я бы и не развязывала, если бы не вляпалась, как последняя идиотка. Ехала сюда работать няней, а оказалась вот… — она беспомощно махнула рукой.
— То есть больше никогда? — Кэти уже и самой было неловко чувствовать себя в роли проповедницы из Армии спасения (54), но Эдди смотрел так умоляюще.
— Я батут с граблями не путаю, — ответила Марина так твердо, что всем стало ясно: нет, не путает.
Эдди вздохнул шумно, словно вынырнувший из глубин морских кит.
— А деньги?
Девушка болезненно поморщилась:
— Не надо. Пусть подавятся. Но… — чувствовалось, что ей больно улыбаться, но губы сами собой растянулись в злом оскале, — … если кто-нибудь набьет Мелвиллу морду, буду благодарна.
— Понятно. — Кэти открыла блокнот и сделала первую запись. — Значит, нам нужно прикрытие сверху. Люди, которые смогут надавить на твоих бандюков через полицию.
Она задумчиво куснула кончик карандаша. Пожалуй, есть такой человек. И он кровно заинтересован в том, чтобы исключить Бориса Мелвилла из предвыборной гонки. Тобиас Клейтон. Кандидат тем более подходящий, что ей не придется обращаться с просьбами к Гловеру. Разговор с Индейцем был чреват очередным запретом «лезть в мужские игры», а ей не хотелось новых разборок с этим шовинистом. Тем более, что он еще не совсем успокоился после истории с кольцом. Узнает как ее работодатель, когда получит на стол готовый материал.
— Есть люди, заинтересованные в этом деле. Думаю, для них это проблемой не станет. Проблема в другом.
— В чем? — Казалось теперь Марина больше всех прочих заинтересована в том, чтобы надрать Борису задницу.
— Интервью нам не поможет. Журналистский скандал в стиле Моники Левински в нашем случае не прокатит.
— Да уж, — согласно хмыкнула Белоснежка, — книжку про Мелвилла я точно писать не буду.
— Если что, ты даже до суда не дойдешь, чтобы обвинить подонка в избиениях. Депортируют и забудут. Так что полноценный скандал с картинками в новостях не для нас. Значит, нам нужен…
— Компромат! — Подсказала Марина.
— Компромат? Хорошее слово, — согласилась Кэти. — В идеале нужно добыть видеозапись.
Это действительно был лучший вариант. Даже для Марины, которая могла бы, зная расположение камеры, держаться к ней спиной, или опускать лицо, пряча его за длинными волосами.
— Я не смогу пронести камеру.
Как и ожидалось, охрана в отеле была и свое дело знала. Девушек обыскивали, отбирая сумки и верхнюю одежду. О том, чтобы пронести смартфон и речи быть не могло. Разрешалось взять с собой только предметы гигиены в прозрачной пластиковой косметичке. Номера для встреч с клиентами находились на четвертом этаже. Он был изолирован от трех нижних и регулярно проверялся как раз на наличие посторонних камер и прослушки.
— Есть черная лестница для персонала. Она открыта почти всегда. Для девушек и горничных. — Глядя на задумчивые лица Кэти и Эдди, Марина тоже приуныла: — Значит, у нас ничего не получится?
Парень потянулся и сжал ее руку, лежащую на подлокотнике дивана
— Это значит только одно: нам нужно придумать, как доставить камеру в номер, когда ты будешь уже там.
А вот эта идея имела свои плюсы: Мелвилл предпочитал один и тот же номер с видом на тихий переулок и приходил, когда девушка уже была раздета, давай ей минут десять на подготовку.
— Хоть Карлсона вызывай, — угрюмо пошутила Марина. — Или Бэтмена. Что?
На нее смотрели две широко улыбающиеся физиономии.
— У нас есть кое-кто получше Бэтмена и Супермена вместе взятых. — И подняла вверх указательный палец: — Черепашки ниндзя.
Марина окинула взглядом полупустые тарелки, грязные стаканы и вздохнула. Пожалуй, ей пора попрощаться и вернуться к своим баранам. То есть, козлам. Повеселились и хватит.
— Да сиди ты. — Большая рука парня заставила ее опуститься обратно на диван. — Мы не спятили. Кэти, скажи ей.
— Это прозвище, — пояснила Лиса. — Леонардо когда-то увлекался радиоуправляемыми авиамоделями. У него еще осталась пара вертолетиков. А Микеланджело обеспечит нам безопасный отход.
И все же эта история казалась Марине чистой воды аферой, но лишь до тех пор, пока в квартиру Эдди по звонку рыжей не явилась странная парочка — симпатичный блондин, золотистый, как корочка йоркширского пудинга, и его бой-френд, черный громила, на лицо ужасный, но добрый внутри. «Тут все и заверте».
Камера, в своем серебристом футляре больше похожая на крупнокалиберную пулю, даже с батарейкой весила меньше ста грамм. Смешной красный вертолетик поднимал ее без малейшего усилия. Дальше все мелочи предстоящей операции складывались так удачно, что Марина невольно начала верить в успех предприятия. Нет, ну, действительно, не могли же четыре взрослых человека всерьез заниматься какой-то ерундой?
Узнав, что Мелвилл всегда приезжает в «Моби Дик» по субботам, Лео заявил, что свою модель в кривые руки Эдди не отдаст ни за что и будет управлять ею сам. Вот только вертолет придется перекрасить, чтобы не слишком выделялся на фоне серой стены здания.
Для Мика освободить день было сложнее, но он тоже обещал все уладить. Правда, он немного сомневался, хватит ли для прикрытия его одного, но Кэти немного попинала его босыми ногами, потом как-то особенно хитро закрутила руку, и громила к всеобщему изумлению оказался сидящим на полу посреди гостиной. Какой-то индеец, видите ли, тренирует ее уже три месяца, так что человека, не ожидающего подлянки от хорошенькой миниатюрной девушки, завалить она вполне сможет.