Залезая во внутрь кабины он вспомнил как несколько дней тому назад они с Викторией делали практически то же самое, сев в кресло пилота и пытаясь включить рацию он продолжал думать о том, что сейчас происходит внутри бункера и как с ними связаться, а вспомнив Викторию он боялся, что внутри могло произойти что-то ужасное, ведь запасной вход затоплен водой, а целостность главных ворот еще не означала, что внутри по прежнему все хорошо и их кто то встретит и откроет ворота, в очередной раз убеждаясь в том, что судьба Виктории для него не безразлична и в том, что в последнее время он делает все для того - чтобы спасти Викторию и ее близких.
Переключая каналы радиостанции он убеждался в том, что его попытки тщетны, не получив в ответ на свой сигнал ни одного ответа он уже было отчаялся и смирился с мыслью о скорейшем попадании во внутрь бункера и пришел к выводу, что либо рации в бункере настроены другие радиоволны, чем в вертолете, либо ситуация там настолько плоха, что ему не может никто ответить, и единственная возможность убедиться в правильности своих размышлений оставалась - попробовать зарядить и проверить с помощью раций лежащих у него в кармане.
Убеждая себя, что все будет хорошо и с Викторией и ее близкими ничего серьезного не произошло, он попытался продумать возможность зарядки и проверки этих раций.
Внимательно осмотрев провода подходящие к рации в вертолете и найдя среди них подающие зарядку рации, он достав из кармана нож перерезал их, зачистив концы проводов, прижал оголенные провода к стационарной рации, предварительно вынув ее из внутреннего кармана.
Держа в одной руке рацию, а другой прижимая к ней провода зарядки, ему сейчас больше всего хотелось снова увидеть Викторию, ее выразительно большие глаза с блеском, от взгляда которых можно сойти с ума, а их глубина погружала тебя полностью и не давала отвечать нет, не взирая на свои убеждения.
Никита оставшись одним в автобусе, укрытый найденными вещами, стал потихоньку согреваться и возвращаться обратно к жизни, лежа в санях он замерз настолько, что думал что отморозил пальцы рук и ног, понимая при этом что ему доверили сохранность важного груза, из-за которого погибло уже не мало людей, он силой воли заставлял себя держать его замерзшими руками и при этом не заснуть.
Теперь пальцы рук и ног от прилива к ним крови сначала стало покалывать, а после он ощутил такую боль, как будто в них одновременно воткнули сотни игл, стиснув зубы он попытался пошевелить ими, но от каждого движения получая очередной болевой спазм, понимая, что пока он чувствует боль, означает что он жив.
Больше всего ему сейчас хотелось снять с себя так надоевшие костюм ОЗК и противогаз, вдохнуть полными легкими свежий воздух, растереть пальцы ног и принять душ, при этом осознавая, что это невозможно в данных условиях.
Разжав пальцы на одной из рук и отпустив до этого крепко удерживаемый медицинский ящик, он поднес руку к голове и снял с себя противогаз, вздохнув несколько раз - почувствовал легкое головокружение, вдыхаемый воздух был тяжелым и по запаху напоминал место где происходит гниение и разложение большого количества водорослей, из-за большого содержания в нем сероводорода, напомнивший ему далекое детство, когда он родителями был отправлен с бабушкой на юг к Черному морю, и когда после шторма на берег было выброшено большое количество морских водорослей и различных медуз и рачков, которые от жары по прошествии времени стали гнить и разлагаться, от чего воздух был зловонный.
Убеждаясь что с каждым последующим вдохом дышать становилось все тяжелее, а от запаха начали появляться рвотные потуги, он рас сжав пальцы второй руки и поднеся ее к лицу, с трудом натянул обратно на голову противогаз, вдохнув несколько раз очищенный воздух он вновь ощутил легкое головокружение и постепенно тошнота стала проходить, повернув голову к окну, сквозь запотевшие линзы противогаза увидел стоящего рядом с автобусом человека, одежда и внешний вид которого напомнили ему дядю Колю.
Понимая, что это практически не возможно, и что дядя Коля умер, он сначала подумал, что это просто галлюцинация и скорее всего это Михаил или Олег, которые снаружи заняты сбором и поиском дров, но протерев рукавом стекло он заметил, что человек находившийся возле автобуса был одет не в химический костюм ОЗК, на его тело была надета фуфайка и ватные штаны, а на голове вместо противогаза - шапка ушанка, которые он видел у дяди Коли, когда тот прощался с ними стоя возле своего дома.