И по прошествии времени вновь заслушивая доклад о выполненных работах и по вопросу усовершенствования, обновлению четырех крупных бункеров, расположенных в разных частях области, в которых в лучшем случае смогут укрыться не более пяти тысяч человек, что составляло не более одного процента от лиц постоянно проживающих на территории области, он приказал во что бы то ни стало, еще увеличить количество лиц возможных находиться в них, и оборудовать еще один бункер, тем самым увеличив до восьми тысяч человек.
При это он понимал, что помимо элиты и лучших умов области, которых по его подсчетам должно было сохранено не более трех тысяч человек, списки которых он заблаговременно попросил составить, якобы с целью установления культурного населения области, оставшиеся пять тысяч должны состоять из медицинского персонала, учителей, охранников и молодых людей и детей, которые могли их обслуживать на время нахождения в бункере, и в последствии воссоздать демографическое население на земле.
И вроде бы все шло по плану, и в установленные им сроки было готово к тому, что бы эти бункеры могли принять необходимое количество людей, которые в большей части из-за пандемии были изолированы и находились на самоизоляции, боясь лишний раз выйти за пределы своих четырех стен на улицу, что бы не заразиться этой коварной болезнью, о которой без устали не переставали вешать и пугать все средства массовой информации, заблаговременно предупрежденная элита была постепенно эвакуирована и размещена в бункерах, при этом пытаясь протащить с собой не только что ими было нажито за годы своей безупречной службы на благо родины, но и своих родственников с их барахлом, не понимая при этом, что в бушующем это возможно им и не пригодиться.
Глядя на все это губернатор приказал доставить в бункер в г. Синегорск часть своей любимой авто коллекции, собранную им за годы нахождения в должности слуги государева, включающую в окрашенный в золотой цвет военный Хаммер; а так же подаренный ему президентом на инаугурацию на должность губернатора области – «Аурус», и так любимый им и редко используемый – «Буггати Веррон», который был выпущен в единственном экземпляре и подаренный одним из олигархов области по случаю юбилея - сорока пятилетия.
Но как всегда в последний момент, полагаясь на русский авось, вакцина от вируса вместе с остатками медицинского оборудования была отправлена последним рейсом, из-за чего вертолет перевозящий данный груз потерпел крушение не долетев до бункера несколько километров, и как в последствии выяснилось, что этот груз был самым ценным в сложившейся ситуации, от которого теперь зависели не только судьбы людей и их жизни, которые были ценней всех этих сбережений и накоплений, на которые не возможно было купить здоровье себе и своим близким.
Алексей был прагматичным политиком, и каждый раз пытаясь предусмотреть ситуацию на два хода в перед, он надеялся на беспрекословное выполнение его указаний, думая о том что все проходит по заранее составленному плану и полагаясь на помощников, постоянно докладывающих ему о том, что все происходит по плану, и что накладок практически никаких нет, он со спокойной душой отправил все свои пожитки грузовым вертолетом, а сам сев с семьей в личный вертолет, за день до того, как с неба на Землю упал этот злосчастный астероид, вылетел в г. Синегорск, прибыв в пункт назначения осмотрев бункер, убеждаясь, что его приказания и пожелания выполнены, он посчитал что и вакцина доставлена и находится в бункере.
Но услышав на следующий день доклад о том, что вертолет перевозивший ее потерпел крушение, он пришел в ярость, ведь по мимо проверенных на наличие вируса и заранее доставленных в бункер людей, были еще эвакуированные и помещенные в бункер люди, среди которых возможно имелись и зароившиеся инфекцией, которые в последствии могли пере заражать остальных.
Через несколько дней проведенных в бункере стало понято, что в виду отсутствия вакцины, бороться с инфекцией будет сложно, и что с каждым последующим днем количество зараженных будет только увеличиваться с геометрической прогрессией, и при чем один за другим стали заболевать не простые люди, а все больше сливки общества, в основном среднего и преклонного возраста, которые получили право находиться здесь за счет взноса в фонд восстановления бункера, и им было обещано комфортное существование и необходимая медицинская помощь на время обсервации и лечения.