- Может, мы погуляем с тобой? – Предлагает девчонка, несмело поднимая голову, – погода вроде бы нормальная, ну а что еще делать?
- Ну, можно и погулять, – киваю я.
Мы поели довольно быстро, не смотря на многочисленные разговоры. Даже странно, сегодня мы как-то разговорились, не то, что в предыдущие дни. Но так, наверное, даже лучше для нас обеих. Жаль, конечно, что у нее по-прежнему немного грустные глаза. Я не могу осмелиться, чтобы спросить одно единственное слово: «Почему?». Такой, казалось бы, глупый вопрос, но мне ведь интересно. К концу нашего совместного завтрака к нам подошел Дима, он тут же притянул Юльку к себе и бесцеремонно поцеловал, потом подошел ко мне и чмокнул меня в щеку. Это было так нахально, по-моему, что я забыла о том, о чем мы разговаривали с Юлькой. Она рассеяно улыбнулась красавчику, и заварила ему чай, хотя мог бы и обойтись.
- Мы сейчас уезжаем, – говорит она, поворачиваясь к нему лицом, – все еще в комнате спят?
- Куда вы уезжаете? Все остальные еще спят, да, – протянул он, доставая с холодильника йогурт.
- Да, пойдем, погуляем с Ленкой, что тут торчать то?
- Может, в кино сходим? – Предлагает он и смотрит на Юльку, а та в растерянности на меня.
Мне все равно.
- Эм…, – замялась она, – я уже с Леной обещала погулять. Не брошу же я ее, тем более, мы сто лет не общались, не гуляли.
- Ну, как хочешь, – пожимает плечами парень, видимо не сильно уж расстроился, – как-нибудь в другой раз сходим.
- Да, как-нибудь в другой раз, – вторит она, – ну ладно, мы пойдем.
Я уже встаю из-за стола и иду забирать свою сумку из комнаты, Юлька остается на кухне. Выхожу в коридор, она стоит и целуется с Димой, но меня это ничуть не смущает, я уже привыкла. Как я вообще должна реагировать на это? Да никак. Никак и реагирую. Значит, так надо. У меня вообще какая-то забитая в голове мысль, если что-то происходит, значит, так надо. Ну, надо, так надо! Я молча одеваю куртку и сапоги, стою и жду Юльку. Она отрывается от своего героя-любовника и начинает одеваться, а он все это время смотрит на нее каким-то похотливым взглядом, даже противно стало. Ну, ничего. Девчонка быстренько оделась и, поцеловав очередной раз, свой предмет вожделения, мы вышли из дома.
Мы прогуляли весь оставшийся день, и было очень здорово. Я даже не думала, что можно так отрываться. Ну а с Юлькой по-другому не бывает. С ней круто, даже очень! Но почему у нее такие грустные глаза? Я никак не могу понять. Вместо ее чистой голубизны, ее глаза темные, как дно какого-нибудь моря. Почему так? Я боюсь спрашивать, наверное, потому что, боюсь услышать ответ. Это так глупо, тем не менее, так и есть. Юлька очень жизнерадостная, веселая, все время шутит и смеется, только ее грустные синие глаза выдает ее, поэтому я так боюсь смотреть в их, я стараюсь не делать этого. Мы катались на каруселях, ели сахарную вату. Даже удивительно, что ее все еще продают, никогда не видела, что осенью в парках и продавали такое, хотя почему бы и нет? Потом, удобно разместились на одной и лавочек в парке и просто болтали. Обо всем на свете. Как же легко, как же здорово. Уже давно стемнело, а мы все разговариваем, я совсем не хочу домой, хочу побыть с ней, так и разговаривать, до рассвета, пока мой чертов язык не отсохнет, пока не закончится весь мой словарный запас. Я не хочу уходить, не хочу. Время уже почти десять, нужно домой, и , кажется, даже Юлька это понимает.
- Я так домой не хочу, – неожиданно говорю я смертельно тихо.
Так, что она еле успевает уловить смысл сказанного.
- Я тоже не хочу, – шепчет она, – так бы сидела тут всю жизнь и болтала о чем только можно.
- Да, я тоже, – я тупо опускаю свой взгляд и смотрю на асфальт. – Может… ну, если хочешь, – блин, я чувствую себя, как полная дура.
- Чего?
- Ну, можем, например, ко мне поехать, если ты хочешь, конечно…
- Не знаю… ну, а тебе удобно будет? Я могу, но смотри сама…
- Да, удобно… было бы хорошо…
- Да, как раньше, – тихо повторяет она, – поехали?
Мы встаем и едем ко мне домой. Как хорошо. Как же хорошо.
Осенняя ночь тихо спустилась на город и окутала мрачным одеялом пустынные улицы. Я вышла на балкон и всей грудью вдохнула свежесть ноябрьского воздуха, пропитанного запахом опадающей листвы, затем посмотрела в небо, усыпанное ярко зелеными звездами и мягко прикрытое легкой дымкой серых туч…Я развернулась… Дом был пуст. Почти пуст, не считая Юльки, которая удобно расположилась в кресле и ждала меня, чтобы продолжить говорить о всем, о чем только можно. Дом почти пуст, и в нем темно…Я мягко, не слышными шагами прошла в комнату, направляясь в сторону кресла. Вокруг все умерло, такой тишины еще не было. Юлька встала и уступила мне место, я села, но взяла ее к себе на колени. Она мягко опустилась сверху и обняла меня за шею. На столе лежали небрежно разбросанные лекционные тетради и учебники. Во всей комнате горел лишь один маленький ночник, а все остальное словно умерло. Я открыла глаза и стала смотреть в потолок, изучая его незримые узоры…Все прокрутилось в голове заново, как надоевшая дешевая мелодрама. Почему у нее грустные глаза? Я все не могла понять это! Почему все так изменилось? Вроде бы, она рядом со мной, сидит на моих коленях и без остановки что-то говорит, обнимая меня за шею, но вроде бы она так далеко…Я протянулась за стаканом с мутной жидкостью… Мои руки легко опустились вдоль кресла, а глаза медленно закрылись, все тело сначала поразила какая-то слабость, что захотелось крепко уснуть…
- Ты чего? Опять пьешь? – Спрашивает она, мягко вырывая у меня стакан, – ты меня слушаешь, Лен?
- Да, слушаю, – я кивнула, но забрала стакан обратно, – я же чуть-чуть, ты видишь, тут почти ничего нет! – Я показала ей содержимое стакана.
- Ну ладно, – примирительно вздохнула она и продолжила рассказывать мне какую-то историю.
Я сделала глоток и задумчиво посмотрела на темноволосую девчонку: она интенсивно раскидывала руками, смеялась и жестикулировала, как только могла, а ее выражение лица менялось каждую секунду. Умилительная картина, я улыбнулась.
Мы снова о чем-то заговорили, то и дело смеялись. Между нашими разговорами мы замолкали и робко смотрели друг на друга. Потом каким-то образом очутились на балконе, стоя у перекладины и смотря на небо.
- А у тебя глаза цвета неба, – как-то ляпнула я между делом.
Она замолчала, затем нерешительно обернулась. Она обернулась и, встретившись со мной глазами, вздрогнула. Как разряд тока, ее пробило осознание того, что сегодня она еще сильнее увязла в зависимости от бессонницы и этих ночей. Увязла в моем взгляде. Но все это казалось ей таким пустяком, ведь что-то внутри нее вдруг снова стало на место. Пусть лишь на то мгновенье, которое я была рядом. Потому, что уже в следующее мгновенье я ухожу с балкона, сославшись на то, что замерзла. Мы зашли на кухню и заварили чай. Разговор почему-то не клеился.
Почему всегда нужно все усложнять? Когда уж слишком захотелось спать, мы пошли в комнату и легли на кровать, отодвинувшись на безопасное расстояние, друг от друга. Для фона включили телевизор и стали тупо втыкать в ящик. Юлька несмело подвинулась ко мне чуть ближе. Она натягивает одеяло, как можно выше и прижимается ко мне, прижав руки к груди. Я несмело обнимаю ее и зарываюсь носом в ее волосы. Мне отчего-то вдруг ужасно захотелось рассказать ей, как я уловила взглядом на запотевшем стекле одной из них уже растекшееся по запечатленному на зеркальном отражении неба дыханию собственное имя. Но я так и смогла понять, зачем, собственно, ей все это знать. Я молчала.
- Скажи мне что-нибудь приятное на ночь, – попросила она.
- На ночь? Ну стандартное. Спокойной ночи…
- Спокойной ночи.
Я хотела сказать ей еще кое-что. А потом подумала о его голубых, грустных глазах и тех бессонных ночах, в которых окончательно увязла. Зачем ей все это знать? Чтобы лишний раз поломать голову или просто забыть об этих словах? Да и кому они нужны? Да, наверное, никому. С этой грустной мыслью, как и грустные глаза, я попыталась заснуть.
Остальные дни до Сочи неслись с огромной, невообразимой мне скоростью. Странно, что все происходило именно так. Так, а не иначе, но может, так даже лучше. На следующий день утром, мы с Юлькой позвонили Ване и Лене, предупредив их о нашем отъезде. Они ничего не сказали, кроме того, что пожелали удачи, ну а что им сказать? Материал только готовиться, делать в офисе нечего, записывать нечего, значит – надо отдыхать! Что мы собственно и собираемся делать! Весь день мы пробегали по магазинам, покупая разные вещи. Для чего? Сами не знали, просто так, значит. На всякий случай купили себе купальники, это как раз тот случай, если погода будет нас радовать, и мы покупаемся в море. Купили парочку новых футболок и шорт. Мало ли пригодиться? Юлька уже успела присмотреть себе кучу бижутерии и прочих мелочей, а мне этого не надо, мне только основное. К вечеру с покупками было закончено. Девчонка позвонила домой и сказала, что снова останется у меня, а на утро приедет и соберет свои вещи. Ну, а что предкам-то? Им приходиться только согласиться, потому что из ее уст это не звучит как вопрос: «Можно ли…?», она утверждает. Почти всегда утверждает. Сегодня было теплей, чем обычно. Хотя не удивительно! Еще бы, после такого дождя стало чуть теплей. Мы стояли с Волковой на балконе, и пили чай, облокотившись на перегородки. Мы смотрели куда-то вдаль. Туда, где густел какой-то странный туман, где были видны крыши домов. Туда, где круто. А в Москве по-другому не бывает или я просто в розовых очках. Но мне уже все равно. Мы простояли так довольно долго, перебрасываясь незначительными фразами, а затем, убаюканные легким ветром в окно, заснули на кровати.